Ему плевать на ее подругу, пусть спит с кем хочет, но он не мог представить Оливию и Шона в одном номере. Он вдохнул больше воздуха, теперь так его не хватало. Эта девушка заполнила собой все пространство. Взять ее с собой было большой ошибкой.
Сейчас она стояла перед ним, глядя огромными несчастными глазами.
– Я тоже не в восторге от тебя, – сорвалась на крик Оливия, и он тут же закрыл ей рот рукой, прижав к стене возле двери. Сбылась его мечта. Еще бы выпороть, но это позже.
От возмущения Оливия не услышала, как в дверь постучались.
– Это Шон, – прошептал Даниэль ей на ухо, не убирая руку с ее рта. Ему показалось, что он может так стоять вечность. Но повторившийся стук заставил его свободной рукой открыть дверь, скрывая девушку за ней.
– Я передумал, мне здесь нравится, – улыбнулся он и захлопнул дверь.
Теперь не нравилось Оливии. Может быть, Шон не такой плохой вариант? Она уперлась в грудь Даниэля, пытаясь освободиться, но тот лишь хитро улыбнулся, качая головой:
– Нет-нет.
Теперь будет все по моим правилам. Ты у меня в гостях, поэтому будешь подчиняться моим приказам.
Как же ей не везет! Подруга выставила ее к этому нахалу, а он и рад поиздеваться. Оливия кивнула, и Даниэль убрал руку с ее губ.
Пройдя к кровати, на ходу снимая пиджак, он понял, что его мозг отказывается принимать все, что тут произошло за последние пять минут. Сколько же ему надо выпить, чтобы спать в одной комнате с этой девушкой? Но и пить ему нельзя – завтра важная миссия.
Как же уберечь себя от нее? Или ее от себя.
– Может, есть другие номера?
– Я уже узнавала – нет.
Последняя надежда рухнула, разлетелась вдребезги.
– Ты знаешь, что иметь связь с членом своего экипажа – конец карьере? – На что он намекал, Оливия не поняла, только кивнула, наблюдая, как он расстегивает рукава рубашки. – Я могу сказать Арчеру, что творится в его экипаже.
Оливия выдохнула, даже не зная, почему ей стало легче дышать.
Но потом до нее дошли его слова, и она опять напряглась, теперь переживая за Мел.
– Пожалуйста, Даниэль, не надо. Пусть порадуются друг другу.
Ее слово – его имя. Больше он не слышал ничего, что она сказала. Это будет тяжелее, чем он думал.
Развязав галстук, он стянул его, наблюдая за ней. Оливия все еще стояла на том самом месте, где он оставил ее, боясь пошевелиться. Зря. Он боялся ее больше.
В дверь вновь постучали, и их глаза встретились.
