– Вы попали не в то место, Боб, – она резко отпрянула от него, задевая тележку с напитками. Зная свой характер, одному богу известно, как она не влепила ему пощечину. Она не знала, как вести себя в таком случае, но была уверена в одном – полет начался не очень гладко. Надо было взять себя в руки и поставить извращенца на место.
Звонок телефона, висевшего рядом с выходом, спас ее. Она оставила тележку на стюарда Луи, подозвав его рукой, и схватила трубку в ожидании шелкового голоса.
– Я слушаю, – прошептала она.
– Вообще-то есть еще два пилота, которые не отказались бы от чашечки кофе.
Она была благодарна Даниэлю. Да хоть сто чашечек. Лишь бы не подходить ближе к тому парню.
– Сейчас принесу, Даниэль.
Его экипаж – двадцать четыре бортпроводника, из них двадцать женщин. И только один голос, прошептавший его имя, из всех он с легкостью мог узнать.
Через пару минут Оливия вошла с подносом в руках в кабину к пилотам, чувствуя на себе их взгляды.
– Привет, как ты? – поинтересовался Марк, беря с подноса чашку с кофе.
– Надеюсь, пассажиры тихие?"
"Девушка поднесла поднос капитану, встречаясь с его глазами цвета эспрессо, и тут же солнце коснулось их, делая светлее. Он пристально наблюдал за ней.
– Выглядишь ужасно, – произнес наконец Даниэль, забирая кофе.
Оливию позабавили его слова, и она улыбнулась. Там, в салоне, мужчина сказал, что она красивая. А этот нахал опять грубит. Но ее это не расстроило, скорее заставило сильнее улыбнуться.
– Ты тоже.
– Все мы сегодня неважно выглядим, – произнес Марк, делая глоток и явно им наслаждаясь.
Оливия позавидовала ему.
Даже несмотря на хамство, ей захотелось находиться в кабине до конца полета. Здесь тихо и спокойно. Они, счастливчики, не представляют, как им повезло. Но работа не ждет. Еще раз улыбнувшись Марку, девушка вернулась в салон. Впереди ждал обед. Но не для нее – для пассажиров. Она чувствовала нутром, что Боб не откажется от задуманного. Она слышала о таких людях – если они настроены на что-то, переубедить в обратном их можно, лишь применив физическую силу.
Эта сила была только в лице стюарда Луи, который помогал ей в первом салоне.
Глава 22
Пройдя в середину самолета к Нине, Оливия зашла на кухню и налила себе воды. Нина убирала посуду, напевая веселую мелодию, и девушка рассмеялась, когда зазвучали слова: «Я люблю тебя, мой пилот, ты любишь небо, а я тебя».
Оливия выглянула из кухни, убеждаясь, что их никто не слышит.
