Она сильнее прижалась спиной к двери, продолжая смотреть на Даниэля.
– Я предложил, твое право отказаться, – он вновь лег и закрыл глаза, – скажу часов через шесть. А лучше за пару часов до вылета завтра.
Мерзавец. Он специально говорил так, раздражая ее. Но ничего у него не выйдет.
– Я согласна, – четко произнесла Оливия, и он от удивления открыл глаза и нахмурил брови.
– Без рук, – произнесла она, подходя ближе и садясь рядом на кровать. Он безумен, что просил такое. Но она безумней, что приняла его предложение.
– Чьих? – удивился Даниэль. – Это твои руки были на мне. Мне даже в голову не пришло бы такое.
Он отодвинулся от нее к самой стене, давая больше места, и Оливия недовольно посмотрела на него. Слыша очередную его гадость, ей ужасно захотелось ответить тем же:
– Мне обязательно молчать?
– Обязательно.
Будет нелегко навредить ему молча, но она сделает все возможное, чтобы капитан сам выгнал ее. Она выхватила из-под его головы единственную подушку и положила рядом. Но голова коснулась твердой кровати.
Даниэль вытащил подушку раньше:
– Мне нужно удобство.
– Удобство нужно всем, – прошипела девушка."
"Он пожалеет о своей просьбе. Не пройдет и пяти минут, как он будет умолять ее убраться отсюда. Только она не уйдет, пока он не скажет ей, куда они летят.
– Ляг и лежи, – вздохнул Даниэль, – время идет.
Усталость так отражалась на его психике, что он пошел на такое, лишь бы встряхнуть себя. Почувствовав, как она легла рядом спиной, стараясь не касаться его, он вдохнул больше воздуха и закрыл глаза.
То, что легла спиной, – это хорошо. То, что не касается его, – это отлично. Так какого черта его тело так реагирует на эту девушку? Разве можно так уснуть? Эта проверка была плохой идеей.
Оливия начала ворочаться, устраиваясь поудобней. Ей было жестко, и она повернулась лицом к Даниэлю.
– Ты можешь лежать спокойно? – Его недовольный тон заставил ее замереть. Уже лучше. Еще немного, и он на коленях будет просить ее уйти.
– Не могу найти удобное положение, – произнесла она, встретившись с ним взглядом.
Капитан оказался ближе, чем она предполагала. Сердце будто остановилось. Как же она ненавидит Даниэля Фернандеса, что даже сердце перестает биться, когда она смотрит на него.
Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Еще секунда, и Даниэлю показалось, что он вышвырнет Оливию Паркер из комнаты. Она не может так возбуждать его. Это не поддается логике. Она противная многоговорящая язва, все слова которой пропитаны ядом.
