Я промазал, опер – нет

Сергей вот подвернулся, может, это моя судьба была?.. Может, и судьба... Да, судьба. Его убили, теперь моя очередь... Такая вот короткая и горькая судьба... Только ты не подумай, я не жалуюсь. Просто выговориться хочу. Перед смертью...

– Не дури.

– А может, я по жизни такая дурная? – надрывно спросила Олеся. – Может, потому и замуж не вышла... Знаю, сама виновата. У Пашки все было: и квартира, и машина, и родители богатые. Я все в нем любила, кроме него самого... То есть он мне, конечно, нравился, но не было любви. И он это понял.

.. Потому и женился на Тоньке. Она хоть и страшненькая, но его очень-очень любила. Думаешь, они развелись за эти десять лет? Нет, живут душа в душу, трое детей... И Андрея не любила. Хорошо с ним было, да, не спорю. Опять же, все у него было... И Степа при деньгах, в общем-то, был... Да и другие тоже... Ну, может, я себя как хищница вела. Может быть... Даже спорить не буду... Но ведь не деньги главное... Ну и это тоже... А-а, что ты в этом понимаешь?

Олеся поднялась из-за стола, вышла из кухни.

Я опять стоял у окна, когда она вернулась. Думал, она переоделась, но, повернувшись, увидел, что это не так. Более того, ей удалось еще выше задрать градус своей сексуальности. Если уходила она в тапочках на босу ногу, то сейчас ее ноги удлиняли босоножки на шпильке. А в руке она держала бутылку коньяка.

– По чуть-чуть? – заговорщицки улыбнулась она.

Я должен был отказаться, но...

– Ну, если только по чуть-чуть.

– А больше нет, и не надейся. А в магазин я не пойду. И тебя не отпущу.

..

Я взял у нее бутылку, наполнил рюмки, достал из холодильника засохшую половинку лимона, раскромсал ее. На Олесю старался не смотреть, уж больно притягивал взгляд ее кулон, который прятался от света в пышном и упругом горном массиве. Как же мне хотелось стать альпинистом...

– Ты думаешь, мне деньги нужны? – выпив, снова села на своего конька Олеся.

Закурив, она устремила взгляд в угол за газовой плитой."

"– У меня родители не бедствуют и по жизни бы помогли, если бы замуж вышла... Дело не в том.

Дело в том, что мужчина добытчиком должен быть. Природа у нас, у женщин, такая – должна быть пещера, должен быть очаг, должна быть шкура мамонта, на которой тепло спать. А мамонта должен убить мужчина. Может он убить мамонта – значит, мужчина. Нет – зачем он такой нужен?

– Мамонта или золотого тельца? – насмешливо спросил я.

– А хотя бы и золотого тельца! Мамонты-то уже не водятся... Чтобы ты знал, женщина – гораздо более социальный субъект, чем мужчина.