Эта каюта куда меньше той командорской на Аруне. Шасс жил в довольно скромных условиях. Но я никогда не слышала от него жалоб или недовольства, даже когда на Джи он останавливался в апартаментах, в обычной комнате для гостей.
Так несправедливо я злилась и раздражалась на него. А он боролся с собой, своей тягой и делал, что должен для семьи и Империи.
Мне душно…
***Мы начали свое посещение Индры со знакомства с шайрасами Шасса. Нам и советоваться не пришлось, чтобы прийти к решению оставить команду целиком на корабле.
Места двух кшатри займут Харшшад и Миррасс. А мы с мужем обоснуемся в каюте Шасса.
Целитель Сашшир тоже пришелся мне по душе. Шанриасс его знал и бывало прибегал к помощи. Целителя не было в тот момент, когда Индра забирала меня с больным Зейрашшем из лаборатории, поэтому я и не помню его. Сашшир останется с нами, а дальше жизнь покажет.
Разбор вещей занял у нас много времени. Но мы никуда и не торопились.
Шасс! Он обещал мне справиться со своими чувствами.Открываем планшет, лежащий на прикроватной полке, Шан заходит в него по общему коду семьи.
И передает мне. Фотография на разблокированном экране вынуждает меня сделать вздох и замереть. На снимке я. На том самом благотворительном вечере на Джи. Со спины. Но обернулась и будто смотрю в камеру. Красивая. Живая. Немного испуганная.
И я, получается, тоже не могу…
Прижимаю планшет к груди, закрыв глаза, и попадаю в утешающие объятия мужа. Которому куда сложнее чем мне. Каково ему знать, что в моем сердце он не один?
– Если и ты оставишь меня, я тоже умру.
Так и знай, – срывающимся голосом шепчу в его рубашку.
– Я знаю, Рай. И мне без тебя никак.
Молчим.
– Мне тоже его не хватает. Когда я родился, Шасс уже был. Даже когда мы служили в разных местах Империи, поддерживали связь. И он всегда приходил на выручку, даже если я был не прав. Жесткий, холодный с посторонними и подчиненными, и совсем другой с теми, кого любил. Ради них Анишшасс мог пожертвовать всем. Ты может не замечала, но вы с ним очень похожи.
С Ришшасом у нас никогда не было такой связи и дружбы. Он старше, всегда крутился подле отца. И как первенец изначально был готов стать преемником Императора. Риш нас с Шассом выводил из себя своим высокомерием, поэтому мы часто дружили против него, устраивая ему неприятные ситуации, – Шанриасс смеется, вспоминая. – Не думай, он не плохой, но характер у старшего принца тяжелый. За выходки и противостояния получали все трое, и от мамы, и от отца.
