Но это последний раз! Обещаю, после бала я вернусь домой и снова окунусь в свою размеренную и спокойную жизнь вдали от интриг и венценосной семейки. О том, что будет с нашими дальнейшими отношениями с Джеймсом думать и загадывать наперед не хотелось.
Он мне нравится.
Я никогда не думала, что буду чувствовать такое сильное притяжение к кому-то. Но вместе с тем, мне было очень спокойно и уютно рядом с этим человеком. Вопреки распространенному мнению, сердце у меня большую часть времени стучало ровно, руки не дрожали и не потели, да и говорила я в основном связно в его присутствии.
За редкими исключениями проявлялась та неловкость и смущение в присутствии Джеймса. С ним я чувствовала себя в полной безопасности.
Признать свои чувства оказалось легче, чем я себе представляла. Глупо отрицать правду, которая столь очевидна, что скорее всего и сам объект симпатии догадывается. Что ж, мы взрослые люди, и нам не стоит больше бегать от самих себя.
— Нам нужны сочетающиеся по стилю и цвету парные наряды для предстоящего бала, — доброжелательно произнес Джеймс.
Портниха улыбнулась.
— Каким же ты стал взрослым, Джейми. Кажется, только вчера сидел под столом в этой самой мастерской и перебирал ленты, а сегодня уже приводишь с собой свою невесту! Ах, как быстротечно время!
Джейми! Какое очаровательно прозвище! У меня самой вряд ли язык повернется назвать этого высокого, грозного и не знающего пощады на первый взгляд мужчину столь ласковым именем.
Джей? Может быть…
Я заметила, что уши Джеймса слегка порозовели от смущения.
Неудивительно, что нас так быстро приняли и обращались без официоза, эта женщина знала мужчину еще совсем малышом. А по ней и не скажешь, что она много старше нас, выглядит хорошо, больше тридцати с хвостиком я бы ей не дала.
— Меня зовут Карин, очень приятно увидеть вас воочию, леди Флоренс. Не смущайтесь, ах, вы просто прелестны! Мы с матушкой Джеймса давние подруги, всякий раз, как она бывала в столице, она брала с собой малыша Джейми, сейчас не скажешь, но он был маленьким толстячком в юные годы.
Такой щекастый и пухленький, ну словно булочка, так бы и съела!
Я прыснула вместе с Карин. Сложно представить эту гору мышц с круглыми детскими щечками. Статный и широкоплечий Джеймс, возвышающийся над нами женщинами, неловко потер шею и отвернулся:
— Тетя Карин, спасибо, конечно, что согласилась, но вот подробности моего детства могла бы и при себе оставить.
Карин махнула рукой и цокнула.
