— Леди, это немного не уместно, я прошу вас, смерьте тон, и мы решим конфликт мирно… — голос подал директор, но стоило бросить взгляд в его сторону, как он заткнулся.
— Я всего-навсего выполняю вашу работу, уважаемый директор Уолдрон. Если вы не согласны, то предоставьте мне объяснения, почему о том, что мой брат сломал ногу не было сообщено его семье. Что за дела проворачивает академия? Или безопасность учеников для вас не является приоритетом? Тогда, боюсь, я вынуждена попросить его светлость предоставить мне возможность связаться с советом попечителей академии, о котором он так настойчиво упоминает…
Герцог поперхнулся.
Секретарь привел в кабинет семерых мальчишек.
Вели они себя так, словно не в кабинет директора их вызвали, а на сцену для вручения награды за заслуги перед отечеством.
— Леди, как вы и приказали, все участники инцидента доставлены, — отрапортовал Жак.
— Благодарю.
Этот секретарь вдруг показался мне неплохим человеком. Расторопный, послушный… может переманить его к себе?
Широко улыбнулась детям.
Хотя какие он дети.
Подростки, некоторые ростом были выше меня. Почти уже взрослые парни. А мозгов никаких.
— Кто из вас Скотт?
Рослый юноша вышел вперед. Руки в карманах, развязная походка, взгляд, говоривший о том, что ему можно абсолютно все и ничего ему за это не будет…
Он коротко взглянул в сторону Томаса и позволил себе ухмылку.
Вот же… негодник!
Ну, давай сыграем. Я скопировала его расслабленную позу и включила дурочку.
— Привет, Скотт. Давно в академии учишься?
— Пять лет.
— Рано сегодня встал?
— Нет.
— Много уроков было?
— Да.
— Сильно Томас сопротивлялся?
— Да… Нет, постойте! Не сопротивлялся он… Нет, то есть да. Я его не бил!
С лица Скотта исчезла маска вседозволенности и теперь он выглядел как обычный трусливый мальчишка.
Было как день очевидно, что он лгал. Скотт Берримор и есть виновник.
Томас молча смотрел на обидчика равнодушным взглядом.
— Молчи! Кто позволил девке разговаривать с моим сыном? — влез герцог.
Ну точно курица-наседка, готовая атаковать защищая свое потомство. Впрочем, хоть что-то есть в этом человеке, за что его можно уважать — я и сама такая.
— Вы все слышали сами. Виновник признался.
— Не было такого! Это все ты! — герцог указал пальцем в меня.
Мама не учила его, что показывать в людей пальцами — некрасиво?
— Да вы на его руки взгляните! Кожа на костяшках в ранах.
