Я рожу тебе сына

Я такая мокрая, что мне становится стыдно — вдруг Тим подумает, что я описалась, пока ему отсасывала. Но он руками вдавливает меня в стол, а сам мерно вгоняет член, вышибая из легких воздух.

Пытаюсь извернуться, чтобы освободиться, я тоже хочу двигаться вместе с ним, но Тим не дает. Он бьется о меня бедрами, член входит так глубоко, что мне даже немного больно. Но изнутри уже волнами накатывает наслаждение, которое наконец накрывает целиком.

Я дрожу и стону, прижатая Тимуром, он догоняет меня в несколько толчков и падает сверху.

Несколько минут мы только рвано дышим и хрипим. В голове ни одной мысли — их вышибло вместе с воздухом.

Тимур приподнимается и поворачивает к себе лицом, крепко цепляясь в волосы у затылка.

— Ни х…я у тебя не получается с минетом, сладкая, — этот оскал, наверное, заменяет ему улыбку. У меня во рту все еще вкус его члена, но он вламывается языком и ворует этот вкус, разбавляя другим собой.

* * *Мы сидим в моем кабинете в рабочем кресле, Вероника — у меня на коленях. Я упираюсь ей в грудь лбом, она поглаживает мои волосы, и я просто ни о чем не думаю.

Кайфую от ее запаха, от неожиданного, а оттого еще более крышесрывательного секса. Она все-таки умница, что приехала, моя сладкая.

Конечно, это не первый в моей жизни секс в собственном офисе, вряд ли вспомню, какой по счету. Но он первый для Ники, и для меня все это тоже по-другому. Не знаю, не могу объяснить, я могу просто думать о ней, а внутри появляется очень странное и незнакомое чувство.

Как будто внутри меня озеро, полное воды, я смотрю на него, и становится спокойно, гладко.

Чисто, прозрачно. Кристально. Как эта озерная вода."

"— Тимур, — зовет Ника негромко, и я, опомнившись, трусь носом о ее теплую кожу.

Ну не долбо…б? Хорошо, мои мысли никто не может прочитать, уссались бы от смеха все. Наверное, меня так возбуждает эта девочка, что спермы вырабатывается больше, чем надо. И весь переизбыток стреляет в мозг, раз такое мерещится.

Озеро, блять! Лермонтов я, блять, а не Талеров, можно хоть сейчас паспорт идти менять.

Снова прячу лицо на груди у Ники и мычу что-то про работу. Мне и правда не мешало бы поработать.

— Тимур, я могу встретиться с друзьями или просто погулять? — Ника заглядывает мне в глаза, и я снимаю ее с колен.

— Я не хотел бы, чтобы ты одна бродила по городу, Вероника, — поднимаюсь следом и с сожалением поправляю ей топ. — Пусть Сотников за тобой присматривает.

Я бы себе на экран на заставку ее грудь поставил. И на рабочий стол ноутбука.