Онлайн-библиотека книг
Как могу, поддерживаю его в этой уверенности, а сама иду в ванную комнату. Набираю полную ванну и включаю джакузи, щеткой вычищаю грязь из-под ногтей. Скорее бы вернулся Тимур, я даже рада, что решила ему признаться.
Все равно он узнает рано или поздно, так пускай от узнает это от меня. А может… может он даже обрадуется? Ведь он сам сказал, что я ему очень дорога. То есть, Доминика. Значит, у меня есть шанс, пускай маленький.
И уже засыпая вспоминаю, что забыла купить тест.
Глава 20
Мне снится Сонька. Как будто нас водили в лес, и там мы с ней облазили несколько кустов лещины, пока не нашли по три орешка на одной ветке. Мы свято верили, что, если бросать по орешку через плечо, они раскроются, и из них обязательно выпадут красивые платья, как у принцесс.
— Раз, два, три! — дружно бросаем и стоим несколько минут, держась за руки. Боимся обернуться. Наконец, у Соньки сдают нервы.
— Ничего! — кричит она в отчаянии.
Я медленно оборачиваюсь и смотрю на два орешка, одиноко лежащих на полу.
— Не может быть, — шепчу потрясенно, — этого не может быть!
Я была уверена, что там будет свадебное платье, в котором я выйду замуж за Тимура Талерова.
— Это потому, что мы не вместе бросили, — дергает меня за руку Соня, — давай еще раз.
Теперь говорим медленно и с расстановкой:
— Раз, два, три!
Зажмурившись, цепляюсь в Сонькину руку. Она снова оборачивается первая.
— Ничего, — шепчет, — как же так, Доминичка?"
"Хватаю у нее из рук последний орешек и бросаю на пол вместе со своим.
Я начинаю громко реветь, Сонька обнимает меня, и дальше мы ревем вместе. Взахлеб, как только можно плакать в шесть лет. Мои мечты выйти замуж за Тимура разбиты, и я даже во сне чувствую, как горе переполняет сердце.
Просыпаюсь с мокрыми от слез щеками, меня будит сигнал вызова. Это Сонька.
— Доминика, сегодня позвонили из клиники, можно внести деньги в кассу, — говорит она возбужденно, а потом смущенно запинается.
— Не передумала, что ты! — слетаю с постели и быстро одеваюсь. — Сейчас начну собирать, не волнуйся, к обеду успеем.
Выбегаю из спальни и чуть ли не утыкаюсь в Сотникова.
— Доброе утро, — бормочу, стараясь его обойти, но он ловит меня за руку.
— Доброе, Ника, — смотрит пристально своими светлыми льдистыми глазами.
