Я не хочу ее от себя отпускать.
Пока ехал сюда, успел трижды пересмотреть тот выпуск, во время которого жена ошарашила общественность историей из нашей выдуманной сексуальной жизни. И меня он… возбудил.
- Ян…
Оказавшись рядом с Ритой, успеваю перехватить ее прежде, чем она спустится с подоконника. Жена оказывается в капкане моих рук, расставленных по обе стороны от ее тела. Дыхание сбивается - и у нее, и у меня. Губы Риты приоткрыты, зрачки - расширены.
Не знаю, что владеет ею в этот момент, меня же охватывает похоть.
Давно не чувствовал подобного, когда кровь по венам - как кипяток.
- Значит, у нас с тобой такой адский трах, что я уползаю из нашей постели без сил? - выдыхаю в рот Рите.
Сжав ее ягодицы пальцами, придвигаю жену к себе ближе. Оказываюсь между ее разведенных ног, и член тут же встает колом.
Не могу вспомнить, когда мы в последний раз спали. Наверное, с месяц назад, не позже.
- Я умею фантазировать, - отвечает жена, положив подрагивающие пальцы на мои плечи.
То ли удержать хочет, то ли оттолкнуть - не могу этого понять.
Да это и неважно. Главное, что я сам сейчас жажду ощутить все, что смогу взять от этого момента.
Впившись губами в губы Риты, тут же проталкиваю язык в ее рот. Она произносит какой-то странный сдавленный звук. Как будто уже и не надеялась на то, чтобы почувствовать этот поцелуй, и сейчас черпает в нем кислород. Сам ощущаю то же самое.
- И что еще есть в твоих фантазиях?
- Ян…
Содрав с Риты халат, приспускаю бретельку ночной рубашки.
У Риты налилась грудь. Сосок бесстыдно торчит, но когда провожу по нему пальцем, чуть задевая вершинку, жена отстраняется с тихим полустоном-полувдохом.
- Ты будешь сверху, - хрипло заверяю Риту, после чего подхватываю жену на руки и несу в сторону постели.
Сейчас во мне столько желания, помноженного на злость, что мне взаправду стоит отдать все в руки жены. И злюсь я не на нее. А на то дерьмо, в котором оказались прежде всего по моей вине.
Впрочем, на время этой ночи хочу забыть обо всем и снова быть с той, от которой всегда сходил с ума.
Часть 17. Марго
Я и не помню, когда с нами было что-то подобное в последний раз.
Когда в горле - застрявший крик нетерпения, а внутри - целый ураган, неподвластный человеческой воле. И ни единой мысли о том, что правильно и что нет. Только ревущие инстинкты, только обнаженные потребности, только страсть, которой нет ни сил, ни желания противиться.
Ян резко падает на постель и я оказываюсь сверху.
