Я вцепилась в край лежанки и оторвала себя от неё. Голова нещадно кружилась, перед глазами плыли цветные пятна. Но встать нужно.
- Ты куда собралась, болезная? Ложись-ка обратно!
- Мне того, выйти. Туалет, нужник, яма – что у вас тут? – я почему-то подумала, что биотуалета не завезли.
Правильно подумала, потому что Пелагея, ворча под нос, что всяким барыням непонятным не лежится, принесла ведро – жестяное ведро, и судя по его виду, оно примерно для такого дела и служило.
И к тому моменту, когда Меланья привела в дом кого-то ещё, я уже снова была водворена на лежанку за печкой и за шторкой, где пребывала совершенно без сил.
- Что, говоришь, пришла в себя? – спросила сурово ещё какая-то неизвестная женщина.
- Сама глянь, коль мне не веришь, - недружелюбно ответила Пелагея.
Шторка снова открылась, и зацепилась за крючок на стене, и я узрела женщину, выглядящую ещё страннее Пелагеи. Высокая, худая, как жердь, на голове – чепец, вот прямо чепец, белый такой, из-под него седые пряди выбиваются. Сама в коричневом – юбка в пол да жилетик какой-то, спереди зашнурованный.
И рубаха под всем этим.
- Очнулись, значит. И что это на вас нашло? Думали, всё быстро закончится? Так не выйдет.
- Что закончится? – я в душе не ведала, о чём она вообще. – Вы что мне тут говорите такое?
- Мне велено было сопровождать вас и приглядывать за вами, и не думайте, что раз мы добрались, то вы останетесь без присмотра.
- Я вас не понимаю, - я прикрыла глаза.
- Да отойдите же, коряга болотная, - пошипела ещё одна женщина, и отпихнула эту, в чепце.
– Госпожа Женевьев, родненькая, вы очнулись! Хорошо-то как!
Эта была пониже, попышнее, юбка у неё кирпично-красная, а жилетик – чёрный. И чепец другой, понаряднее, и кудряшки из-под него светлые.
Кто-кто? – подумала я про себя. Какая ещё Женевьев?
- Я очнулась, и я не могу понять ничего. Может быть, вы подскажете, где мой муж?
Обе переглянулись, потом разом посмотрели на меня.
- Ваш муж? Но ваш муж благополучно скончался пять лет назад, и вам это было отлично известно, - сообщила худая.
- Или вы вводите меня в заблуждение, только не знаю, зачем это вам, или просто не в курсе дела. Мы вчера – или когда там, сколько я тут лежу? – пришил в Хакусы, и там я упала в воду, когда садилась в лодку.
- Про лодку и воду всё верно, упали, - кивнула тощая. – Или сами бросились, мне то неведомо. Только вода-то тут холодная, и затея ваша не удалась, никуда вы не делись. А потом и вовсе генерал пришёл и вас вытащил, сказал – нечего.
