То, что мы даже не знаем, где живет его подружка, много говорит о ситуации. Я подвозила его до кинотеатра. Они встречались в городе. Ехали на автобусе.
Интересно, где они занимались сексом…
Эта мысль возвращает меня в поезд. К Саре и тому парню. Как они могли. В туалете поезда. Какая ирония – особенно если вспомнить мою высокомерность…
Я включаю радио, но Люк просит выключить.
– За почтовым ящиком налево. Второй поворот направо. Вон там. Особняк в конце тупика.
Славный дом. Красный кирпич, крыльцо увито растениями.
Рамы на окнах свежеокрашены, перед домом безукоризненный садик. Аккуратно постриженная лужайка, клумбы с розами и море садовой герани. Не знаю, почему я так долго все это рассматриваю. Наверное, просто не хочу выходить из машины.
– Ну, готов, сын? – Тони первый открывает дверцу.
Люк пожимает плечами. Я смотрю на него в водительское зеркало и вижу, что мальчик так и не пришел в себя. Он постоянно повторяет, что они предохранялись.
«Мы пользовались презервативом. Я не понимаю».
– Я уже говорила, милый. Что есть, то есть. Мы здесь ради тебя. А теперь пошли.
Родители Эмили представляются, но рук мы друг другу не пожимаем.
Эмили сидит, сжавшись, в широком кресле, прижав к животу подушку, бледная, как Люк.
– Эмили не хотела этой встречи, но мы решили – с учетом их возраста, – что встретиться нужно. – Ребекка словно отрепетировала эту речь.
Я замечаю, что ее муж уперся взглядом в Люка. Могу только представить, что происходит у него в голове.
Он ведь хороший парень, мой Люк.
Ну да, он напортачил, но ведь и она тоже. Жаль, что мне не хватает духу сказать ее отцу, чтобы прекратил так пялиться на моего сына.
– Нам нужно определиться, в каком положении сейчас две семьи. И куда мы движемся. – Ребекка глядит на меня.
– Думаю, вы правы. Важно поговорить. И прежде всего хочу сказать: мы безмерно сожалеем, как, наверное, и вы – несомненно, куда больше, – что они очутились в таком положении в столь юном возрасте. – Чувствую на себе взгляд Тони; он чуть склоняет голову – поддерживает меня знаком, прежде чем заговорить.
– Как я понял, они пытались проявлять благоразумие. – Тони поворачивается к отцу Эмили, однако встречает ледяной взгляд.
– Ей шестнадцать.
– Папа, пожалуйста… – Эмили искоса смотрит на все еще бледного Люка, который уставился в пол."
"– Что хотелось бы прояснить… – Я обращаюсь к родителям Эмили. – Мы готовы сделать все возможное для поддержки Эмили.
– Эмили отказалась от аборта.
