– Ты выйдешь за меня, поняла? – шипит он, глядя мне прямо в глаза и тряся за подбородок. – Выйдешь. Иначе твоей семье кранты. И папе твоему недалекому, и братцу-идиоту.
Я в ужасе смотрю на него. Такие слова он никогда раньше не позволял себе. Неужели это правда?!
– Думаешь, я не понимаю? – продолжает с злостью хрипеть мне в лицо. – Поскакала уже на молодом члене, да? Ну?! Признавайся! Было?!
– Я не понимаю, о чем ты, – я в страхе сглатываю. И уже даже не чувствую боль от его захвата. Меня обуял внутренний страх.
– Можешь не отвечать, – он также резко отпускает меня, чуть отталкивая от себя. – Я и так знаю. Трахалась с щенком. Но, если даже и нет, то хотела. Сука. все вы, суки, одинаковые.
Он опять садится ровно на стуле.
– Но это ничего не меняет, – произносит уже спокойно, даже я бы сказала, по-деловому. – Мы все равно поженимся.
Я тоже немного отхожу. Потираю подбородок.
– Если ты думаешь, что после всего этого, – начинаю я, но он прерывает меня:
– Не думаю, а знаю. Этот брак нужен, прежде всего, твоей семье, дурочка, – произносит снисходительно.
– А я так и быть, помогу вам.
Усмехается.
– С отцом своим поговори, – встает и кидает купюру на стол. – Пойду я. Некогда на тебя время тратить. Но знаешь, что?
Наклоняется и опять оказывается совсем близко ко мне.
– Прежде чем что-то сделать, подумай. О семье своей подумай. И о братце, – опять усмехается. – Не натвори глупостей, Лика.
Выпрямляется и уходит.
Я в шоке смотрю ему в спину. Не могу встать. Как прикованная, продолжаю сидеть.
В моей голове никак не укладывается все только что произошедшее. Это же неправда? Это не может быть правдой. Не может!
Но нет.
Оглядываюсь. Это не кошмарный сон. Это все было на самом деле. Я в кафе. Редкие посетители. И официант, который принес счет и забрал купюру, брошенную Аркадием.
Я, наконец, встаю и выхожу из кафе. Все плывет перед глазами.
Хочу домой. Спрятаться ото всех и от всего. Просто спрятаться. Не хочу никого видеть.
Пишу короткое сообщение заместителю, что чувствую себя плохо и на работу сегодня не вернусь.
Вызываю такси и еду домой.
К счастью, дома никого. Я отключаю телефон, быстро скидываю с себя одежду и залезаю в кровать. С головой под одеяло. Да. Так лучше.
Меня пробивает дрожь. Хотя температуры и нет. В висках стучит. Не могу отвлечься.
Так и лежу какое-то время, вцепившись в одеяло.
Потом раздается звонок в дверь.
Наверное, отец пришел.
Встаю, накидываю халат и иду открывать. Голова как в тумане.
