Инквизиторы, толпящиеся внизу, пытались остановить гигантского дракона, но их заклинания разбивались о толстую непробиваемую чешую, не принося никакого вреда. Но больше всего меня напугала фигура Ильфорте, кинувшегося белой молнией в сторону дракона. Этот медлить не будет…
— Кейдж, твою мать! Так надо! Прошу тебя, просто сделай это! Быстро! Я не смогу саму себя проткнуть, у меня рука не поднимется, не смогу я сама себе больно сделать… Но ты сможешь. А мне надо. Просто сделай это. Пожалуйста!
Видимо, мой голос в этот раз был достаточно убедительным.
— Многоликий меня убьет, — шепнул Сивронский, зажмурился на миг и, наконец, взмахнул клинком.
Лезвие вошло неглубоко, Кейдж ударил точечно. Но приятнее от этого не стало, конечно, и искры из глаз все равно посыпались.
— Трындец как больно, — зашипела я сквозь зубы. — Погоди, не вынимай клинок.
— Тебе же больно!!
— Надо, чтобы было еще больнее, — процедила я, кривясь от боли, обхватывая себя за ноющую руку и глядя на дракона.
Дракон тем временем издал оглушительный рев, намного громче предыдущего.
Протяжный такой, яростный. Взревел так, что аж в ушах зазвенело от громкого звука.
А еще — он опять немного уменьшился в размере.
То, что надо.
Дракон переступил с лапы на лапу и уставился на рунический рисунок метки, пульсирующий в темноте. Потом огляделся и безошибочно нашел взглядом меня. Ну, я думаю, что нашел взглядом. По этим жутким фиолетовым глазам сложно что-то сказать наверняка, но дракон рыкнул и направился в мою сторону, с каждым шагом становясь все меньше и меньше.
Он точно направлялся ко мне и весь его грозный вид не оставлял сомнений в намерениях покромсать меня как следует.
Но главное — он уходил подальше от Фьюри. А еще он явно намеревался принять облик человек.
То, что надо.
— Спасибо, Кейдж, а теперь можешь бежать, да побыстрее, — сказала я, делая шаг в сторону и снова зашипев от боли, когда клинок выскользнул из раны.
— С удовольствием! — сказал Сивронский, шарахнувшись подальше от ""сумасшедшей"" меня, и помчался в сторону фиолетовых трещин теневых порталов, где, по мнению инквизитора, было привычнее, понятнее, а потому — спокойнее.
А я осталась стоять где стою, быстро залатывая рану заклинанием. С самой блузкой сейчас некогда было возиться, приводя ее в надлежащий вид, но вряд ли кого-то вокруг в данный момент интересовала моя порванная и окровавленная одежда. Включая саму меня.
Думала, что у меня будет время хоть немного собраться с мыслями, но Эффу оказался очень быстрым.
