Абсолютно бесполезное знание для самого мага, который даже не знает о существовании своей Тени. Зато это очень важный показатель в мире Теней.
Взгляд Мориса больше не был насмешливым."
"— С этого момента поподробнее, мисс Габруа. Что это за Тени такие, почему для них важен лунный цикл, и зачем вообще эти Тени кому-то надо похищать?
Я открыла было рот, чтобы дать пояснения, но тут в аудиторию ворвался взъерошенный инквизитор средних лет.
— Гертис, мы заняты, — ядовито произнес Морис. — Если ты не заметил, то…
Гертис правда не заметил — никого, кроме меня.
Не обращая внимания на крайне недовольного Мориса, он обратился напрямую ко мне:
— Мисс Габруа, это же вы? Мне сказали искать в этой аудитории блондинку с большими круглыми очками в юбке. Нам, кажется, нужна ваша помощь… У нас там… Сразу две внезапных смерти. Сможете их вытащить?
* * *
Жертвами в этот раз оказались юный светловолосый парнишка из группы быстрого реагирования и пожилой седовласый мужчина, судя по фиолетовой мантии с вычурным золотистым орнаментом — кто-то из руководства.
Они грохнулись замертво на разных этажах, но для моего удобства их перенесли в атриум на пятом лекарском этаже. Там я и сидела сейчас около их коек, колдуя над точкой солнечного сплетения и мысленно проговаривая заклинания для возврата украденных Теней. Времени было мало, каждая минута на счету, поэтому я торопилась и сильно нервничала. Боялась не справиться, опоздать.
Вокруг меня толкалась целая толпа инквизиторов.
Не только лекарей, но и других, в основном руководителей разных отрядов. Был среди них и Кейдж Сивронский, из группы которого парнишка и пал жертвой — прямо во время стандартной тренировки.
— Нападения на инквизиторов происходят почему-то периодически, — говорил негромко Морис за моей спиной, пока я возилась над светловолосым парнишкой. — То есть жертвы появляются не равномерно в течение какого-то промежутка, а скопом, в течение пары-тройки дней раз в месяц.
— Скоро новолуние, — кивнула я.
— Так что все логично.
— Знаете, мне вот ничего не логично.
— Мне прям сейчас прерваться на разъяснения, или вы всё-таки дадите мне воскресить коллегу? — раздраженно спросила я.
Морис умолк, но молчание его было таким выразительным и напряжённым, что лучше бы продолжал бубнить себе под нос, честное слово.
Через несколько минут моих стараний жертвы пришли в сознание. Чувствовали они себя неважно, но над ними уже хлопотали лекари.
