Поверь, после парочки таких показательных выступлений любой инквизитор становится шелковым и покладистым."
"— Тебе самому от него как, доставалось? — спросила с улыбкой, помешивая четвертую ложку сахара в чае.
— Было дело, — улыбка Кейджа стала еще шире. — Я накосячил серьезно, прошляпил появление демонов в одном секторе, который был под моим надзором. А накосячил, потому что отвлекся из-за одной кобры. Знаешь, я дико боюсь… боялся змей. И когда занял удобную позицию в засаде в лесу, там как раз оказалось целое логово этих чудных змеек.
Я от них шарахнулся, решил сменить заранее оговорённую позицию. Подумал, что мне за это ничего не будет, мол, какая разница… Но разница была, и я прошляпил демонов. Еще и приказ руководства нарушил получается. Морис потом с месяц контролировал каждый мой шаг, являясь в облике гигантской кобры. И доброе утро желал, нависая надо мной с раздвоенным языком за завтраком и ненавязчиво обвивая меня чешуйчатым хвостом. Завтракал я тогда очень плохо, сильно похудел. Ну зато змей больше вообще не боюсь.
Я прыснула от смеха, представив себе всю эту картину, Кейдж и сам рассмеялся.
Он хотел еще что-то сказать, но в этот момент мы с ним оба вздрогнули всем телом от истошного вопля на всю столовую:
— ГДЕ ОНА?!
Мы с Кейджем одинаково недоуменно вытаращились на Мориса, стоявшего на пороге столовой. Разъярённый, с гневным взглядом на какой-то подозрительной стадии бешенства, он распахнул двери пинком ноги и оглядел помещение. Почти сразу обнаружил меня, яростно рыкнул и направился прямиком ко мне.
— По-моему, он не хочет меня награждать, — пробормотала я, дрожащими руками поставив кружку чая на стол.
Понятия не имела, с какой целью ко мне приближался гневный смерч по имени ""Морис Кларксон"", но моя пятая точка подсказывала, что новые приключения уже ждут нас с распростёртыми объятиями.
Этот злобный вихрь остановился около меня и рывком поднял на ноги, схватив за локоть.
— Ты!! Идёшь со мной. Немедленно!
— Морис, ты не забываешься?.. — начал было Кейдж, привстав со скамьи.
— Молчать! — гаркнул куратор. — Я не давал тебе слова!
Так чувственно гаркнул, что Сивронский молча сел обратно на скамью, а я безропотно последовала за Морисом. Он чуть ли не волоком тащил меня из столовой, и все провожали нас недоуменными взглядами.
— Не могли бы вы объяснить, что происходит? — робко спросила я.
— Это ты мне сейчас будешь объяснять, — прорычал Морис.
Он притащил меня в какую-то пустую аудиторию и с грохотом захлопнул за нами дверь.
