— Сань, я знаю, что это не все, раз ты еще тут. Верно?
Пушкин ухмыльнулся и достал шкатулку, которую он получил от группы Екатерины.
— Узнаешь? — спросил Александр.
— Не совсем…
— А так? — он открыл шкатулку и показал содержимое. — Могу подойти.
Чехов поднял ладонь.
— Не стоит. Я прекрасно вижу. Ты понимаешь, что это на девяносто девять процентов подделка? Она не может быть в Китае? Ну какой, к черту, Китай.
Пушкин закрыл шкатулку.
— Я не знаю, но хочу проверить. Иероглифы вроде из провинции Шенси.
— И что ты хочешь от меня? — скрестил на груди руки Чехов.
Пушкин пошел к нему навстречу. Тяжелые шаги глухо барабанили в земле, оставляя приличные вмятины. Чехов усилил свою защиту и не сдвинулся с места.
Когда мужчины оказались в тридцати сантиметрах друг от друга, Александр протянул шкатулку.
— Я хочу, чтобы ты оставил это у себя. В ней еще есть частички хаоса. Если это подделка…. — он пожал плечами. — Что ж, не судьба.
— Саша, это подделка, — Чехов взял шкатулку. — ОНА не могла выжить!
— Я проверю.
Пушкин развернулся и пошел к выходу. Проходя мимо клумбы, он на цыпочках перебежал через цветы, приложил палец к земле и выпустил немного энергии.
Но и тут оплошность! Он все равно переборщил, и простые розы и фиалки мигом выросли в пятиметровые гибриды, которых нет в природе.
— Ебтвоюмать! Саша! Свали уже, а?! — всплеснул руками Чехов. — Мне что, Арине Родионовне позвонить?
— Все-все! Ушел, — улыбнулся Пушкин и моментально исчез.
* * *Домой я вернулся как раз в тот момент, когда к моему КПП подъехал неприметный маленький автомобиль-жук.
Болванчик просканировал транспорт, и тот оказался чист. Я позвонил охране и приказал пропустить, затем заехал следом за маленькой машинкой, и мы вместе припарковались на гостевой парковке.
— Добрый день, — поздоровался я, когда мы оба вылезли из машин. — А вы…
— Да, я агент Первого тайного отдела, — честно сказал мужчина.
На вид он был совсем неприметный. Серое пальто, короткая стрижка, очки в тонкой оправе, простые ботинки и брюки.
Такого раз увидишь в толпе, не запомнишь.
— И вы так просто об этом говорите? — улыбнулся я.
— А что, есть смысл скрывать? — удивился он и впился в меня своим взглядом дохлой рыбы.
— Нет, но говорить в открытую для тайного отдела разве не роскошь?
— О, поверьте, еще какая роскошь, — добродушно пожал он плечами и прошел к багажнику. Оттуда достал серебряный металлический чемодан и подошел ко мне.
