Я согласна

По-настоящему достойный воспоминания? Почему? Потому что она так отличалась от его обычных партнерш, что он никогда теперь не забудет ее потребность в опыте?

– Спи, Мэгги.– Джеймс продолжал удерживать ее, и она постепенно проваливалась в сон, в желанное для нее состояние. Бодрствуя, она испытывает одно только беспокойство. Заснув, она будет в безопасности.

Она вздохнула и потерлась щекой о жесткие волосы у него на груди. Крепкий аромат мужского пота, проступившего на его гладкой коже, щекотал ее ноздри, и она счастливо улыбнулась.

Она почти не устала.

Когда она открыла глаза во второй раз, серый свет уже исчез. Яркие солнечные лучи, танцуя, лились сквозь окно, омывая убогую мебель теплым светом.

Мэгги покосилась на мощный поток света, и мышцы ее напряглись, как от неожиданного ранения. Ладно, может быть, и не от такого уж неожиданного.

Она быстро взглянула на другой край кровати. Джеймса нет, но... Ее глаза широко раскрылись, когда она заметила восхитительную красную розу, положенную поверх белой наволочки.

Тоненькая серебряная цепочка с голубым эмалевым цветком была обвита вокруг черенка розы.

Мэгги попробовала дотянуться до нее. Где же Джеймс отыскал розу в таком месте? Вопрос отпал сам собой, едва лишь ее пальцы коснулись цветка. Джеймс не искал цветок. Роза была не настоящая. Сделанная из шелка."

"Мягко, с любовью перебирала она пальцами ее гладкие лепестки. Джеймс, должно быть, заранее привез розу и ожерелье. Достал их специально для нее. «Не похожий на него романтический жест», подумала она в смущении.

Джеймс был слишком практичным, современным человеком для того, чтобы везти розу и изящное дамское ожерелье из Нью-Йорка. Что это значит? Этот вопрос снова вселил в нее беспокойство. То, что он был потрясен тем, что они сделали? Она вспомнила его нежные слова, прозвучавшие сегодня ранним утром: «Это был по-настоящему достойный воспоминания опыт».

Она с неохотой оставила эту мысль. Он не покупал подарков перед тем, как они стали близки.

Он привез их из Нью-Йорка, чтобы подарить их в зависимости от того, найдет ли он наслаждение в ее объятьях или нет. Был ли он доволен? На этот неизбежный вопрос она не могла пока ответить.

Мэгги длинно и протяжно выдохнула, мысленно вернувшись к волшебному предрассветному действу. Томительное чувство удовлетворенности наполнило ее при воспоминании о физической близости с Джеймсом. Это было поистине откровением. Ничто не готовило ее к этому.