Я согласна

Но на что она дала согласие сейчас? Нынешнее утро прошло сравнительно легко. Проснувшись, она увидела, что Джеймса уже нет с ней в постели. Но неужели же ложиться в постель полностью одетой? Как полагается в таких случаях поступать?

– Мне кажется, ты выпила все чересчур быстро.– Джеймс нахмурился, глядя в ее залитое румянцем лицо.

– Возможно,– тихо согласилась она.

– Ладно, нет оснований так пугаться этого.– Он мягко ввел ее в кабину лифта.– Если ты спикируешь вниз, я тебя подхвачу.

– Спасибо.– Мэгги внимательно всматривалась в его лицо.

Глаза ее помедлили на подвижном изгибе чувственных губ. В какое-то мгновение ей захотелось признаться в своих сомнениях, но она сдержалась, решив сохранить пусть деланный, но спокойный вид.

Маняще пылал огонь, разожженный Джеймсом еще перед обедом, и Мэгги подошла к камину.

– Ты умеешь разжигать огонь.– Она присела на белую искусственную медвежью шкуру, расстеленную перед камином.

– Я был игл-скаутом («орлом-разведчиком»).– Его голос был приглушен, и Мэгги повернулась, чтобы взглянуть на него.

Он через голову снимал свитер, потом швырнул его в сторону кровати. Чувство естественности происходящего охватило Мэгги, когда свитер, развернувшись в воздухе, упал на толстый ковер. В цель Джеймс не попадал никогда. Ностальгия мгновенно улетучилась, когда он стал расстегивать рубашку."

"Глаза Мэгги раскрывались все шире по мере того, как под его медленно скользящими пальцами высвобождались пуговицы. Она не могла оторвать глаз от его густо заросшей черными волосами груди.

Он рывком высвободил рубашку из-под брюк и швырнул ее вслед за свитером.

Ее глаза остановились на медной пряжке пояса, потом ниже подтянутого живота, задержались на его мужской сути, ясно различимой под серым вельветом. Затем ее взгляд переместился выше, словно пойманный в ловушку его мерцающим жарким светом глазами. Ничем не замутненная страсть, напугала ее и повергла в дрожь, и Мэгги отступила в смущении.

Она опустила взор и смотрела на свои руки, пока он снимал ботинки. Она взглянула на его пальцы, и ей показалось, будто те живут своей самостоятельной жизнью.

«На что же соглашаться?» – думала она, охваченная удивлением и неистовством. Она мельком взглянула, как Джеймс высвобождает пояс из брючных петель, и это лишь усилило ее возбуждение.

Рассчитывает ли он, что она встанет и спокойно снимет с себя одежду, как это сделал он? Она не может этого сделать. Кругом огни, и она попросту не в состоянии выставить свое тело на обозрение Джеймса.