Я – страж пламени!

Я достала магофон. Артефакт оказался напрочь разряжен. Заверив подельников… кхм, напарников, что сейчас спущусь, начала спешно собираться. Выпрыгнула все через то же окно в душевой, успев подумать, что пользуюсь им едва ли не чаще, чем парадным входом.

Поймал меня Дэн. Страж был чем-то недоволен. Как выяснилось минутой позже — кем-то. А точнее — Толье.

— Я предлагал тебя не будить и дать выспаться, — ворчливо признался Стилл. — Но этот…

— Этот, в отличие от тебя, — тут же смешался Мор, — прекрасно понимает, что вдвоем с тобой мы можем пропустить что-то важное.

— Ники невыспавшаяся, она в таком состоянии тоже может не заметить… — упрямо возразил страж.

Вот так, препираясь (даже когда прятались от блазней, эти двое все равно спорили), мы и добрались до архива с личными делами. Он стоял особняком от библиотеки, и на нем было столько защитных чар… На ели в Новогодие и то меньше гирлянд и игрушек. Но Дэн умудрился проделать в них дыру, не потревожив охранки. А Толье, каким-то чудом раздобывший ключи, — отпереть обычные замки.

Мы оказались внутри темного, пахнущего пылью и временем помещения.

— Ну, и что искать? — задал насущный вопрос Мор.

— Для начала — личное дело твоей тети, — отозвалась я.

— Что-о-о? Мы ради этого сюда лезли? — возмутился Толье. — Да я тебе и так все о ней расскажу.

— Дела девушек, которых мы ищем, должны быть где-то рядом с Лирин.

Мор недоверчиво глянул на меня, но нужную папку все же пошел искать. Не сразу, но она обнаружилась. А затем начались долгие и кропотливые поиски личных дел адепток, учившихся в то же время, что и тетя Мора.

К трем утра на столе лежало четыре стопки. Одна — вовсе из одной папки. На которой было выведено «Стальвия Микас» — та самая, что ушла из академии по собственному желанию за год до исчезновения Лирин.

Три остальных стопки были более объёмными. Так в одно время с юной Толье училось семь Анабель, три Миранды и четыре Олинии.

— Так, давайте, что между Стальвией и остальными может быть общего? — с этими словами Страж разложил открытые личные дела одно под другим.

Мы уставились на листы, вчитываясь в характеристики. И… ничего. Я уже было решила, что моя затея — ерунда, когда Дэн неожиданно положил рядом со снимком, с которого жизнерадостно улыбалась брюнетка Стальвия, изображение Лирин, и…

— Брюнетки! — это бросилось в глаза. Обе девушки были миловидными. Только юная Толье — серьезной, а Сталь — задорной.

Я лихорадочно выбрала из разложенных личных дел темноволосых.