— Я в кампус!
Он обернулся, кивнул и продолжил что-то горячо втолковывать командору. Что ж. Если моему близкому человеку понадобилось срочно поговорить с отчимом, значит, дело серьезное, мешать не буду. Стоять посреди дороги памятником тоже смысла нет. Попозже сам все расскажет."
"Энергия еще бурлила в крови и требовала выхода, но после пренебрежительно брошенной фразы обо мне, услышанной от выпускников, настроение ухудшилось. Я с таким трудом поменяла отношение к себе у однокурсников и, нате пожалуйста, начинай сначала из-за приехавших старших студентов, с уже сложившимся мнением о девушках в ГАСе.
Ситуация вызывала уже не обиду, а настоящую злость. И не о фанфарах речь, не об общем признании, к этому я совершенно не стремилась, нет. Хотелось банального — просто уважения. Надо успокоиться. Держать себя в руках. Спокойно! До жилого кампуса было рукой подать, я выдохнула, пытаясь справиться с накатившей яростью. Стоп-стоп. Достаточно. Хватит думать о себе, копаться неизвестно в чем, тем более вины моей нет.
Подумаю лучше о других, узнаю, как там Моника, Мартин, Аделаида, займусь делом. Я ускорила шаг и на решительной ноте влетела в холл кампуса.
Все были здесь. Эдмон уже поднял народ из подвала, и теперь помещение было заполнено смеющимися, обнимающимися, делящимися впечатлениями людьми. На меня обернулись. Затихли. И через секунду на моей шее повисла Моника, она радостно кричала как меня любит, а то, что я осталась жива — особенно здорово. Однокурсники обступили нас, галдя, пытаясь хлопнуть меня по спине, оттащить Монику и самим пообниматься.
Сильнее всех оказался Олаф, которые поднял нас обеих как пушинки и закружил в воздухе.
— Ну вы даете, — раздался незнакомый голос. Оказалось, старшекурсники все еще держали под надзором. — Девочка отнесла эликсиры, молодец. Чему радоваться? Я вообще не понимаю, почему Сантана такое распоряжение отдал.
— Пит, заткнись, — спокойно сказал второй. — Мы не обсуждаем решения риторов. Встретим Сантану — зададим вопрос.
А щенкам дай порадоваться, она коробки Стражам принесла — тоже помощь.
Я похлопала Олафа по плечу, чтобы меня поставили на ноги. Одернула помятый, испачканный в бою китель и, отодвинув ребят, подошла к паре обособленно стоящих старшекурсников. Понимаю, обидно, остальные товарищи зачищают парк от тварей, помогают Стражам, а их оставили молодняк сторожить. Но как же я устала от прилюдных завуалированных оскорблений.
— Чем вас смущают девушки? — ровно спросила я.
