Поэтому я решил добавить огня в наш спор, повысим ставки.
Он поднял край щедро расшитой скатерти и вытер масляно блестевший рот. Кружева на манжетах откинулись, демонстрируя тонкие изнеженные пальцы, украшенные кольцами и черным маникюром на ногтях.
— Акоста, — прогремело опять на весь зал. Только что вошедший второй офицер, на этот раз в виде исключения без собаки, молча кивнул и продолжил идти широкими шагами. Метил он явно по левому краю, то есть сядет от Лорда за стол с другой стороны.
— Мы со Скалой решили тебя порадовать.
Хилая девчонка — не интересная ставка. Ее загрызет или Тайс, или раздавит мой боец. Скукота. Мы сделаем лучше, — он полез в карман камзола и вытащил что-то округло-металлическое. — Каждый из нас добавит на кон нечто ценное. Ты — своего симбиота. Скала — доспех. А я… хааа! Если кто-нибудь победит моего воина, то получит личный мини-Осколок для перемещения и защиты в хаосе. А? В шоке? Слов нет? Кто тут самый щедрый?
Примолкшие люди восторженно загомонили. Зазвенели кубки, визгливо засмеялись местные дамы, смахивающие на шлюх.
Акоста, не остановился, продолжил идти, но каждый его шаг стал тяжелее, вбиваясь в каменный пол с грохотом.
А мы с Райденом не могли отвести глаз от приза в руке Пейрена. Овального, мягко поблескивающего предмета знакомой формы. Формы наплечного жетона Стража-командора.
— Ты видишь то же, что и я? — моему шепоту вторило быстро забившееся сердце. Все время пребывания в Хаосе я гнала от себя надежду на встречу с мамой. Скорее всего она погибла вместе с отцом моего жениха.
Но крошечный светлячок надежды не отпускал, заставляя вглядываться в женские лица. Когда я приняла белоголового за его отца, мечты о маме снова вспыхнули, чтобы тут же разбиться о реальность. И вдруг жетон… Он мог принадлежать одному из командоров, погибших во время Прорывов в разных уголках Земли. Но есть вероятность…
— И что ты видишь, сладкий кусочек? — интимно понизив голос, дескать, только между нами, спросил Лорд Пейрен.
Ладонь Райдена сжала мое бедро и до меня дошло.
Не только от Акосты он тщательно закрывал периметр комнаты, не просто так он запретил разговаривать с ним в коридоре. Делал все привычно, почти механически, забыв сообщить мне важную деталь.
Мой шепот даже я сама услышала с трудом, как же мог ответить на него Властитель, если только не контролировал всю свою территорию? То-то местные не понижали голоса, в этом не было никакого смысла.
— Вижу блестящую красивую штучку, — сказала я, облизнув пересохшие губы.
