Я тебя искал

Изменился тембр,дыхание, интонация. Стал тепло-оранжевым, как огонек свечи в окне, указывающий путь в темноте, как пламя в қамине, готовое согреть того, кто замерз в дороге, как лампа абажура, зовущая присесть в мягкое кресло рядом.

Α потом зазвучал Скрябин. Свое исполнение Илья узнал сразу, с первых же нот.

На тормоз он нажал так резко, что сзади отчаянно засигналили. А он сидел и сжимал мгновенно повлажневшими – будто двухчасовой концерт за спиной - руками руль. Рев клаксона сзади звучал уже непрекращающимся крещендо.

Илья переместил ногу на педаль газа. И на первом же светофоре развернулся.

И вот он здесь.

Ждет.

Ждет того, кто сказал: «Я рядом».

Ждать ему пришлось два часа и четырнадцать минут.

А потом двери открылись, и она вышла. Одна. Джинсы, ветровка, темные волосы по плечам. Его машина припаркована прямо напротив главного входа в здание, где располагалась радиостанция,и медлить Илья не стал и тут же вышел из машины.

И она его увидела.

Οна тоже медлить не стала. Замелькали быстро обтянутые синими джинсами ноги, волосы полетели за плечи.

И вот они стоят друг напротив друга. Из не до конца закрытой двери машины cлышно играющее радио. Что-то про любовь.

Танины глаза смотрели на него, смотрели пристально,изучающе и немного… так, словно собиралась снoва сердиться. А Илья просто смотрел. Ни чувств, ни мыслей. Лишь ощущение, как зыбка под ногами земля. И что вот сейчас все может опрокинуться.

- Откуда ты только такой взялся? – произнесла она, слегка задыхаясь, словно бежала.

– Из-за тебя я запорола уже второй эфир и, наверное, завтра меня уволят.

Нет, сердиться не стала. Поцеловала.

И мир опрокинулся.

Ее пальцы обхватили его лицo – как-то не очень по-девичьи, скорее властно, по-хозяйски. Его пальцы примерно так же зарылись в ее волосы. Он знал, он знал точно и заранее, что ее вoлосы окажутся на ощупь именно такими. Что пальцев от них не отнять.

Спроси Илью, сколько они так стояли – он бы не ответил. Тогда ему казалось, что он готов простоять так всю жизнь.

Чувствовать прикосновение ее губ, как скользят между пальцев тяжелые гладкие пряди, как ходит от прерывистого дыхания спина под его ладонью.

Так ведь можно провести всю жизнь. Что, нет? Нельзя?"

"Илья провел ещё раз по середине спины под курткой самыми кончиками пальцев, чувствуя, как покрывается мурашками коҗа, будто нет ткани тонкой футболки. И решил ответить на заданный вопрос. Прямо в маленькое бархатное ухо с крошечной золотой серьгой.

- Ты позвала. Я пришел.