"
"— Когда-нибудь настанет день, когда тебе надоест или ты потеряешь бдительность. И вот тогда мне уже будет неважно с Димой ли, или с Васей, или с Петей, или с Костей, Гришей, Сашей, Пашей… лишь бы тебе на зло! Слышишь? Я все равно это сделаю. Тебе. На. Зло.
— Рискни. И ты узнаешь, насколько я могу быть жестоким. Ты думаешь, что знаешь меня, девочка? Ты ошибаешься. Сделай это. И ты пожалеешь о том, что даже подумала об этом. — Притягивает меня настолько близко к себе, что наши губы практически соприкасаются.
Но это снова мои фантазии. Снова я придумываю то, чего нет.
— Рискну, слышишь? Ты по-прежнему берешь меня на понт, но мы это уже проходили…
— Маленькая дрянь, — но Глеб не договаривает. Мой мир рассыпается на мелкие осколки. Разделяется на ""до"" и ""после""… потому что… он вгрызается в мои губы. Как бешеный зверь накидывается. Сминает. Заставляет протяжно застонать.
Его пальцы тянут меня за волосы, а когда он от меня отстраняется, внимательно смотрит в мои глаза и произносит:
— Я уничтожу любого, кто к тебе прикоснется.
Так понятно лучше?!
Шок накрывает мощной волной. И Глеб, пользуясь этим, запихивает меня в машину, и через секунду авто срывается с места. Я прихожу в себя только тогда, когда на улице начинается ливень и капли дождя начинают тарабанить в стекла.
Мы молчим. Никто из нас не рискует нарушить гробовую тишину. На моих губах все еще не остыл его поцелуй, а Глебу, кажется, плевать на все что произошло. Он сделал это только для того, чтобы я закрыла рот.
Хотел просто запихнуть меня в машину и отвезти домой. А уже дома напомнить мне о том, что я всего лишь глупая девчонка, которая возомнила о себе слишком многое.
Когда машина начинает притормаживать я, не дожидаясь того, пока он выйдет из нее открываю дверцы авто и пулей вылетаю на улицу.
Холодные капли дождя, попадая на кожу, заставляли моё тело дрожать еще сильнее. Ливень настолько сильный, что я с трудом различала куда иду. Но я все равно упорно шагаю вперёд.
Делаю это для того, чтобы его разозлись.
Из вредности. Из чувства противоречия. Показать, что я буду делать то, что хочу именно я! И он не может мне указывать. Не после того, что он мне наговорил…
После того как он меня прогнал… Вышвырнул из своей комнаты, как ненужную вещь, я больше не хотела его видеть. Не хотела смотреть в его глаза. Не хотела ощущать на себе его прикосновения.
— Паршивка, — почувствовала, как его пальцы сомкнулись на моем локте.
