Я тебя не хотела

"

"– Яна сказала, в инъекциях надёжнее. Если сильно переживаешь, можем сейчас ширнуть. Но, думаю, полчаса роли не сыграют. Там сутки в запасе.

– Нет, я подожду. Спасибо. Сколько я должна тебе?

Шевцов зыкнул так, что ответ на последний вопрос стал очевидным. Он снова завёл машину, но трогаться не спешил. Повернулся и вперился мне в лицо своим тяжёлым взглядом.

– Ань, я понимаю, что тебе неприятно, но ты должна мне всё рассказать. Роман – мой лучший друг. И прежде, чем сломать ему нос и оторвать яйца, я должен знать подробности.

Лекс – жуткий тип. Ещё с самой школы я старалась держаться от него подальше. Но свет в глазах подруги, который он смог зажечь, говорил о многом. И вдруг неожиданно для самой себя я всё рассказала. Лучшему другу парня, что втоптал меня в грязь. Рассказала и о том дне, когда Рома ночевал у меня, и о рисунке, даже про обои рассказала. И про сегодняшний вечер, про его обидные подозрения и о том, что случилось после.

Лекс выслушал молча, ни разу не изменившись в лице, а потом так же молча выехал на дорогу.

Он не успокаивал и не говорил слова утешения, когда я, сжав коробку с экстренными контрацептивами, разрыдалась. Отвёз меня к Яне, вручил той как куклу, а потом уехал.

Глава 34

Роман

В дверь коротко постучали. Идите на хер, я никого не хочу видеть.

Но стук повторился.

Я встал, покачнулся и запнулся о пустую бутылку, но всё же доковылял до входа. Отпер замок и приоткрыл дверь, и тут же меня отбросило назад, затопив резкой жгучей болью. Я упал на задницу, не хило так отбив и её, и схватился за нос.

Руки сразу окрасились в кровь. Краем глаза заметил широкие тяжёлые шаги, прежде чем меня подняли за грудки и встряхнули.

– Ромыч, какого хера?! – разъярённо прошипел мне в лицо Лекс.

Я попытался оттолкнуть эту махину от себя, и хоть был далеко не рахитичным, эту гору сдвинуть не получилось.

– Отпусти, – удалось прохрипеть. – Больно, блин.

– Она так же тебя просила?

– Лекс!

– Трахать бабу без её согласия – это дно, Рома!

Лёха разжал хватку, и я мешком обмяк на пол, закашлявшись.

Встать не получилось, да и не хотелось. Он прав. Сотню, тысячу, миллион раз прав, только поздно уже.

– Думаешь, я не знаю? – я кое-как сел, уперев руки в согнутые колени, и сплюнул кровь прямо на пол. – Думаешь, сам не в шоке?

Шевцов впечатал ладонь в косяк двери, а потом сел рядом со мной, стукнувшись затылком о гипсокартонную стенку.

– О чём ты думал, бро? Совсем одурел?

– Воспитывать меня решил, Лекс? – горечь разлилась во рту.