Кто знает, может, именно поэтому в прошлом мама так легко приняла Вадима в нашу семью?
Только сейчас я понимаю, что их отношения были приятными, дружественными, очень лёгкими, словно ничего не изменилось после смерти отца и он был всегда на первом месте для мамы.
Я прочитала немало литературы по теме мужской эректильной дисфункции, узнав, что чем старше мужчина, тем чаще у него случаются досадные осечки.
Вадим сделал мне предложение, когда ему было сорок семь лет. На момент свадьбы и первой брачной ночи ему исполнилось сорок восемь.
"
"Сейчас ему уже пятьдесят один. И, если верить статистике, вероятность, что его достоинство начнёт работать, как надо, лишь уменьшается.
Не так уже не прав Ринат, называя меня недотраханной.
За три года брака с Вадимом мои розовые очки разбились почти целиком, зато возрос цинизм и укрепилась броня.
Я научилась прятать эмоции и чувства, это стало просто необходимо рядом с таким жёстким, давящим человеком, как мой отчим.
Однако встреча с Ринатом показывает, что не так уж крепок мой панцирь, как я себе нафантазировала.
Потому что бывший муж бьёт иначе: он до сих пор где-то глубоко во мне и разносит по телу вирус больной привязанности.
* * *Закончив со сборами, я достаю телефон, чтобы свериться с расписанием и списком дел на сегодня. Нужно ещё успеть заскочить в химчистку и забрать из неё итальянский костюм Вадима.
В нашем доме полно прислуги и можно было поручить это кому угодно, но супруг «попросил», чтобы костюм забрала именно я.
Ещё один повод заставить мой мир вращаться только вокруг его персоны.
Вернувшись в комнату номера, я застываю на пороге. Увидев тело переодевающегося Рината, не получается сдержать крик в лёгких:
– О боже! Что с тобой было?!
Я испытываю шок при виде тела Рината, испещрённого шрамами. Это карта повреждений, каждое из которых могло стать смертельным.
Ожоги? Скорее всего, да.
Но сердце замирает на несколько длинных секунд, когда замечаю глубокий, рваный шрам, начинающийся под левой лопаткой, переходящий через всю спину, и ползущий к низу живота.
Вероятно, конец этой пугающей дорожки прячется спереди у самого паха. Я не знаю. Ведь я не видела Рината полностью обнажённым ни три года назад, ни сегодня, когда он только приспустил штаны, чтобы вытащить член.
Но сейчас он переодевается, я успеваю заметить эту белесую, рваную дорожку и пытаюсь представить, в какие неприятности нужно было вляпаться, чтоб получить такие шрамы.
