Надоело!
Я стираю из журнала звонков сведения о входящем звонке. Но если Вадиму приспичит проверить, его это не остановит. Он может запросить распечатку звонков и методично проверить каждый незнакомый номер…
Ринат не понимает, чего мне стоит этот брак.
Это как ходить по канату, натянутому над глубокой пропастью.
Он не представляет, как сильно подставляет меня, и не думает, чего я могу лишиться.
Или ему просто плевать?
– Поговорим?
Хриплый шёпот раздаётся над самым ухом. Сцепив пальцы на локте, Ринат утягивает меня в сторону.
Тащит за собой, заталкивая в туалет. Проверяет кабинки и, удостоверившись, что мы здесь одни, запирается изнутри.
– Какого чёрта ты творишь?
– А что?
Ринат ухмыляется, и шрам выделяется на его лице ещё сильнее. Он толкает меня к раковине, прижимая всем телом.
– Хвастаешься подарками любимого муженька? И как оно?
– Не твоё дело. Зачем ты здесь? Расслабляешься с друзьями? Иди и расслабляйся.
– Я хочу расслабиться с тобой.
Ринат перехватывает мою ладонь, опуская на свою ширинку, и сжимает пальцы.
Вынуждает обхватить его крепкий стояк через ткань.
– Тебе придётся с этим что-то делать. Ротиком."
"– Нет! Ты меня не заставишь!
Плотно смыкаю челюсти. Ринат пьяно улыбается и, не обращая внимания на мой протест, освобождает ремень из петелек, распускает ширинку.
– Вниз.
Отрицательно качаю головой. Ринат давит ладонью на плечо, злясь ещё больше.
– Ты сделаешь это.
– Не стану! Тебе нравится унижать меня?!
– С каких пор минет считается унижением?!
– С тех пор, как ты вынуждаешь меня это делать в туалете!
Ринат ухмыляется и обводит мои губы подушечкой большого пальца, проталкивая его внутрь.
– Ты уже сосала мне в туалете. Помнишь? После нашей первой ссоры. Крупной ссоры… Туалет ночного клуба. Мммм… Не помню его названия.
В груди жжёт воспоминаниями.
Ринат прав. Это было, но в прошлом. В далёком прошлом. Тогда большую роль сыграла жгучая страсть и немного алкоголя, появление Рината, приревновавшего меня, кажется, ко всему, даже к стенам клуба…
Примирение было бурным – минет.
Секс у прохладной стены.
Память хранит эти ощущения так бережно, что даже сейчас по спине ползут мурашки от фантомного прикосновения холодка из прошлого.
Но сейчас…
– Давай, пристрой свой ротик туда, где ему самое место… – ныряет рукой в трусы.
– Не стану. Ты меня не принудишь!
– Я тебя заставлю. Клянусь. Ты отсосёшь мне за каждую сраную минуту, что дёргаешься, кончая под другим. За каждую!
Мне становится смешно и одновременно грустно до слёз.
