У меня новая жизнь и красивая молодая невеста, которая дожидается в салоне авто. Если ты чего-то лишился, то не по моей вине. Потерял свою жену? За жёнами нужен глаз да глаз, если она красивая. Она красивая?
Хочу посмотреть на его реакцию, вывести из себя.
– Очень, – скрипит зубами Вадим.
Он оглядывается, словно желая дать знак своим людям напасть. Но я знаю, что и рядом со мной появились мои люди. Перевес не на стороне Сазонова. Он это понимает и снова нервно проводит ладонями по крою дорогого пиджака.
– Это ещё не конец, – грозит мне, отходя в сторону.
– Ты пожалеешь о том, что снова воскрес. Ты пожалеешь.
Он взбешён? Хорошо. Будет действовать поспешно и грязно. Хорошее поле для манёвра и слежки.
Совсем скоро я буду знать о нём всё…
На лице Сазонова отражается злость вперемешку с недоумением. Поверил он в мои слова о беспамятстве или нет, мне плевать. Главное, посеять семена сомнений, и эти мысли будут крутиться у него в голове.
Ему приходится отойти, но даже не отойдя и на несколько метров, он тянется за телефоном, а я открываю дверь своей машины.
Сегодня я сам за рулём авто. Садясь в автомобиль, успеваю услышать жужжание, с которым стекло заднего сиденья ползёт вверх.
Кажется, Амина не сдержалась, любопытство взяло верх. Она опустила стекло во время моего разговора с Сазоновым.
– Много услышала? – спрашиваю резко.
Автомобиль плавно стартует, я не позволяю себе сейчас резких движений. Выполняю всё неспеша, будто стычка с Сазоновым меня ничуть не взволновала.
– Не понимаю, о чём ты.
Амина капризно дёргает плечиком и надувает губы, уставившись в окно.
– Послушай меня, Кайсарова. Тебе едва исполнилось двадцать, я вдвое старше тебя. Вдвое опытнее. Меня не проведёшь. Ты опустила стекло, чтобы подслушать. Я это знаю. Не отпирайся. Теперь я хочу знать, сколько ты услышала.
– Достаточно. Я услышала имя и обвинения. Воруешь чужих жён, Сабуров? Неужели тебе недостаточно одной красивой невесты?!
В ответ я отпускаю тихий смешок.
Амине не занимать гордости и уверенности в себе.
Капризная, избалованная, единственный ребёнок в семье и любимая дочь отца.
Кайсаров избаловал любимицу, а когда она наворотила дел, понял, что поздно рвать на голове волосы от отчаяния. Он серьёзно решил, что брак исправит его дочурку. Но она не собирается исправляться.
Если так пойдёт и дальше, мне придётся запереть её в четырёх стенах и приставить охрану, чтобы не сбежала и не натворила дел.
Да уж… Нашёл на ком жениться.
