Я тебя не отпускал

Он прижимает меня к себе за шею и, не давая шанса разорвать поцелуй, тянет, вынуждая встать на колени на кровать перед ним.

Происходящее становится чуть более реальным!

На мгновение отрывается, смотрит на мои губы… Обводит их большим пальцем, и всовывает его между ними, поглаживая язык. Распахиваю шире от неожиданности глаза. Моя неуверенная попытка податься назад проваливается. Он крепко держит меня ладонью за шею. Его пальцы скользят на затылок, запуская дрожь по моему телу и сжимаются на моих волосах. Не дергнуться!

Снизу-вверх смотрю ему в глаза.

Что ты делаешь?..

Он знает, что делает, судя по хищному удовлетворённому взгляду.

Палец скользит по языку, зубам, щеке… Потом влажно обводит мои на удивление расслабленные губы."

"Его руки пахнут знакомым парфюмом, мандаринами и немного сигаретами. Но это все только фон для более тяжелого мужского запаха, который теперь царит в этой комнате. В Родионе он меня отталкивал. Но то, как пахнет Демид кружит голову! И… пугает, поднимая волоски по телу дыбом.

Дэм громко и жадно вдыхает воздух.

Задирает мое лицо сильнее, снова впиваясь в меня. Не целует. Кусает губы… Не больно. Ласково. Я даже не понимаю, как ему отвечать. Боюсь шевельнуться!

Горячий язык скользит внутрь. И как только я решаюсь поучаствовать в этом — ответить на поцелуй — Дэм снова отстраняется. Теперь его средний палец пошло мнëт мои губы, обводя их. В этот раз настойчивее, грубее… Чувствительнее!

Я не могу сообразить — стоит ли позволять ему делать так. Мой мозг отказывается оценивать…

— Мм… — неожиданно вырывается у меня стон.

Удовлетворенно и поощрительно кивает мне. Ритмично и быстрее двигая им в моем рту, подушечкой по нёбу. Это приятно. Неожиданно. От того, что признаюсь себе в этом, я чувствую, как горячо становится между ног. Трусики намокают… Горячая волна идет по моему телу и вспыхивает в груди, удушливо сжимает шею, и обжигает лицо.

Я, наверное, вся в пятнышко, как олененок… И вообще, некрасивая — зареванная, сонная, вся растрепанная.

Родион всегда говорил, что я холодная, «можно пальцы обморозить и член».

Мне плохо внутри от того, что Демид подумает про меня также. От Родиона это не цепляло. Если увижу это в глазах Демона, боюсь женское во мне окончательно умрет.

Но в его глазах другое…

Палец движется глубже, в горло. Слишком глубоко.

Возмущенно мыча, сглатываю, взмахивая руками и хватаясь за его предплечье.