Я тебя не помню

Пока тебе не вернут дочь готов проводить с тобой все четверги и воскресенья вместо нее. Куда вы обычно ходите?

Надя отвернулась от меня к окну, ничего не ответив, а я снова улыбнулся.

Не было у меня никакого выходного, и дел накопилось немало, но вызов бросать мне все же не стоило. В отличие от Нади я все еще помнил многое из общего прошлого: что она любила и даже все ее чувствительные участки тела… Со временем я собирался проверить кое-какие догадки. Возможно, шоковая терапия помогла бы вернуть ей память лучше всяких обследований, лекарственных препаратов и прочей ерунды.

13

МаксимСъехав на обочину, я переслал Динару необходимые документы и файлы для переговоров с новыми партнерами, на которые он отправился вместо меня, и посмотрел на Надю. Знал бы он о моих внезапных «делах», покрутил у виска, отказавшись мне помогать.

— Ты бывала раньше в Петергофе? — спросил я, включая поворотник, чтобы возобновить движение.

— Да, много раз, — тихо отозвалась она.

— Есть любимое место?

— В Нижнем парке на берегу Финского залива.

Не очень многословно, но узнавать новую Надю было все равно интересно. Теперь она была совсем другой. Мало улыбалась, смотрела на меня недоверчивыми глазами и больше не пыталась мне понравиться. Проще говоря — не притворялась. Как и в первые наши встречи.

— Отлично. Вот сейчас его и покажешь. Надеюсь, там есть кафе, где можно перекусить?

— Есть, но все очень дорого. И… мы же только что позавтракали, — она украдкой взглянула на меня.

— Деньги — не проблема, а аппетит… — я коротко усмехнулся.

Стоило упомянуть об этом, как она тут же замкнулась в себе и снова отвернулась к окну. Какое-то время мы ехали в полном молчании. Я следил за дорогой и размышлял над тем, что на ее сегодняшнюю встречу с юристом я не пойду, но завтра расспрошу у него все подробности. Теперь я собирался быть в курсе всего, что касалось Хабарова и его взаимоотношений с женой.

— Я хотела у тебя спросить… — она взглянула на меня настороженными глазами.

— Посадить твоего мужа? — уточнил я.

— Да… Язык не поворачивается говорить такие вещи, — шумно выдохнула она. — Все же я думаю, нам нужно поговорить с Глебом после того, как я встречусь с юристом. Я бы могла съездить к нему в офис или…

— Исключено, Надя.

Я снова разозлился, но уже на нее. За то, что его любила, а меня сильно подставила пять лет назад, оставив ворох проблем.