Я тебя не помню

Он сказал, что она провела весь день в разъездах по работе, а сейчас находится в фонде. Хабаров с его слов не объявлялся, и это было очень странно. Алиса наверняка уже передала ему мои слова. Мерзавец готовил ответный ход?"

"— Я сейчас подъеду к вам и сам заберу ее. Дождитесь меня, — отдал указание Ивану, набирая номер секретарши по внутренней связи. — Света, подготовь мне информацию о самых лучших нейрохирургических клиниках Москвы и Санкт-Петербурга.

— Поняла, — тут же отозвалась девушка, а я бросил трубку, взял ключи от машины и направился вниз.

16

НадяЯ вышла из здания фонда и сразу заметила красный спортивный автомобиль Шведова. Почему он не унимался? Неужели рассчитывал на что-то? Я не отвечу ему взаимностью. Все мои мысли занимала дочь и предстоящий развод с Глебом. Внутри будто все обросло толстым слоем льда, а я билась об него и не могла выбраться наружу.

Быстро осмотрев парковку на наличие еще одного «сюрприза», и убедившись, что Глеба поблизости не было, я сделала шаг к красной машине.

Максим курил и смотрел куда-то вдаль с задумчивым видом. Меня он заметил лишь, когда я приблизилась.

— Освободилась? — окинул меня быстрым взглядом, а затем открыл дверцу автомобиля и кивнул на пассажирское сиденье.

— Только давай, сразу договоримся? С тобой я никуда не поеду. У меня был тяжелый день, — начала я перечислять. — И я просто мечтаю вернуться в номер и лечь в постель…

— У меня такое же желание, но сомневаюсь, что мне будет позволено переступить порог твоей комнаты, поэтому ограничимся нейтральной территорией?

Я слегка прищурилась, глядя в его лицо, а он снова кивнул на сиденье.

— Садись, у тебя нет выбора. К тому же я хочу поговорить с тобой о серьезных вещах.

— Например?

Максим усмехнулся.

— Буду рассказывать правду. Заинтриговал?

— И в самом деле неожиданно… — тихо пробормотала себе под нос, забираясь в салон.

Но ведь это могла быть его очередная уловка?

Спустя полчаса мы сидели в «Террасе». В прошлый раз нам не удалось ее посетить, потому что мне стало нехорошо на прогулке в Петергофе.

И с того дня мало что изменилось. Не в плане здоровья, а ощущений. Я очень тосковала по Дине, это чувство мешало жить полноценной жизнью: меня больше ничего не радовало, не было аппетита, и я была готова подписать все, что угодно, только бы мне дали с ней увидеться.

Официант принес меню, но я даже не открыла его и отвернулась к окну, комкая в руках салфетку.