Мне моя голова дорога, за вас терять ее не собираюсь!
Я отошла от машины, находясь в смятении. Вытерла слезы, хотела набрать Данияру, но потом одумалась. Он и без того помог. Придется отступить.
Мама позвонила буквально через двадцать минут и сказала, что отцом уже занимаются. Их даже ждали на входе больницы и уже принялись оказывать первую помощь.
– Правда, состояние нестабильное, Настенька, – плачет мать. – Забрали, сказали ожидать.
– Вчера ведь все было хорошо, мама, – сказала я. – Или вы опять поругались?
– Мы повздорили с ним немного, – призналась мама.
Сбросив трубку, я в который раз вытерла слезы с щек. В доме была гнетущая тишина, дело близилось к вечеру, а я даже не завтракала.
Будто предчувствуя, приехал Данияр. С едой из ресторана в руках. Я бросилась к нему, но притормозила в последний момент.
– Привет…
– Была встреча в ресторане, там и заказал тебе еду, – пояснил он. – Так и знал, что не ела ничего. Идем, садись.
– Данияр, о папе что-нибудь известно?!
– Пока нет, – напряженно ответил Данияр.
– Мне позвонят, как из реанимации будет что-то известно.
Из реанимации…
Я до боли прикусила губу, чтобы не сдаться при Багрове.
Но он, словно чувствуя, притянул меня к себе локтем свободной руки и крепко прижал. Я разревелась ему в мокрое от снега пальто.
– Не плачь, Настя, – приказал Багров. – Я не разрешаю. Думай о ребенке.
– Вчера было все хорошо! Он за что-то извинялся, улыбался…
Багров отстранил меня от себя, поставил пакет с горячей едой на пол и взял мое лицо в ладони.
И снова заключил со мной сделку:
– Не будешь плакать, вечером я отвезу тебя в больницу. Договорились?
Я кивнула.
– Умничка. Только при таком условии, Настя. А теперь садись за стол.
Время тянулось немыслимо долго, и Багров все время был рядом. Мне даже не хотелось уходить к себе в комнату – я хвостиком ходила за Данияром, все время прислушиваясь к мобильному в его кармане.
Чуть позже он, не раздеваясь, сел в гостиной. Только пуговицы рубашки чуть расстегнул.
Было видно, как он напряжен.
Я присела рядышком, он включил какой-то мультик на телевизоре.
– У тебя глаза заплаканные, – недовольно сказал Данияр.
Я качнула плечами и взяла плед с соседнего кресла, укрываясь им. В какой-то момент загорелся камин, стало так уютно, но все равно тревожно.
– Наверное, опять твоя мама нашла причину для скандала. Ты говорила, они не живут без ссор. Все пройдет.
– Я не говорила тебе об этом, – задумалась я. – Точно не говорила.
