– Столько правды узнаю, что век буду вам благодарна.
– Мне приятно это слышать, Настя.
Несколько секунд переглядываний приводят к тому, что сумасшедший старик замечает мои бледные конечности и приказывает своим людям меня развязать.
Приходит пьянящая мысль: дорога, наверное. Только кому?
После мучительной ночи я еще полчаса лежу, не двигаясь. Просто не могу – тело так затекло, словно неживое стало. Головой вообще боюсь пошевелить, Назар назвал меня инвалидом, и я понимала: любую минуту есть вероятность того, что я просто больше не приду в себя и так и останусь той глупой девочкой, слепо доверяющей Данияру.
– Данияр скрывал тебя от твоего биологического отца.
Я на доли секунды дышать перестала. Не словами, а будто плетью бьет Назар Багров.
– Не понимаю… – я качаю головой и слышу оглушающую правду.
– Ты приемная дочь. Ты родилась не в Екатеринбурге, твой отец родом из Москвы. Он долгое время ищет тебя, пришло время отдать тебя ему в руки.
Ложь.
Разумеется, ложь.
У меня отобрали свободу, ребенка и мужа, но критическое мышление отобрать у меня не могут.
– Старость до добра не доводит, мне вас жаль, – я усмехаюсь, потирая запястья. Могу уже руками двигать, это радовало, хотя все еще и приносило боль. – Отдавайте мне мою дочь, и мы навсегда исчезнем из вашей жизни. Я согласна на все ваши условия, я больше не буду стоять между вами с Данияром.
Я говорила на автомате, сама в это не веря."
"Я точно вернусь к Данияру хотя бы для того, чтобы посмотреть ему в глаза и сказать все, что я думаю.
Только сперва научусь жить с теми грязными воспоминаниями, а потом обязательно напомню о себе…
– Ты исчезнешь. – кивает Назар. – Как только я передам тебя в руки твоего отца.
– Хватить бредить! – закричала я. – У меня один отец, и он живет не здесь! Мне двадцать с лишним лет, какой еще к черту биологический отец?!
Выкрикивая последние слова, я совсем потеряла голос.
Схватившись за горло, я закашлялась. Жутко больно. Кажется, я простыла, когда бежала по сугробам с плачущей дочерью на руках.
Наверное, по ее звукам люди Назара и вышли на наш след. Когда я останавливалась, Мира успокаивалась, но я слышала, что за нами бегут. А когда бежала, то Мира подавала явные сигналы для людей Назара. Замкнутый круг, мне было очень страшно и так хотелось, чтобы Данияр оказался рядом…
Теперь это все казалось не таким страшным. Нам бы с Мирой живыми выбраться.
Я замираю, вдруг зацепившись на одной безумной мысли:
– Это правда? – сиплю тихо и все понимаю. – Это правда.
