На одном документ лежал на столе, на втором – его держала женская рука с идеальным ярко-красным маникюром. Документ, написанный сухим юридическим языком, имеющий дату и адвокатскую печать, и документ для подачи в суд, содержащий странные и немыслимые для Ани формулировки. Такие как требование установления отцовства, совместная опека, порядок пребывания ребёнка с одним из родителей и прочее… прочее… прочее… Дальше она уже не могла читать. Вывела обе бумажки на принтер и засунула в сумочку. Позже ознакомится.
Замешкалась у стола, одну руку положив на накопитель, вторую прижав ко лбу, чувствуя, что произошедшее похоже на какой-то глупый фарс и совсем не может относиться к ней или к Серёже.
Но не привиделось же это ей! Вот оно доказательство – в сумке и на корпоративной почте, где каждый… каждый желающий мог ознакомиться с подробностями не просто её личной жизни, а… тут даже слово подобрать было сложно. Её вывернули наизнанку, будто голой вывели на эшафот. А ведь она уже прошлась по нему, даже не подозревая об этом, когда возвращалась с обеда.
Все уже знали, а она нет…
Дверь в приёмную тихо приоткрылась, и Аня развернулась ко входу, практически складываясь пополам от резкой боли в животе. Пришлось глубоко вдохнуть, чтобы удержать позыв к рвоте. Нет, всё-таки нереально.
Она как смерч метнулась в уборную, которая была тут же в приёмной, где её вывернуло съеденным обедом.
– Аня, Аня… – ласковые руки Ники обняли её, помогая встать, а потом и умыться.
– Я хочу домой, – жалобно протянула Аркадьева, прекрасно понимая, что и Ника уже всё видела, как и практически каждый в этом здании, кто открыл сообщение, – я не могу тут находиться.
– Давай вызову такси?
Аркадьева кивнула. Осталось только отправить сообщение маме, попросить забрать Леру и оставить у себя, а потом запереться в своей квартире и ждать Мелёхина, которому придётся очень много ей объяснить. Если у неё, конечно, хватит сил и желания его выслушать.
Глава 23"
"Мелёхин вопреки всему возвращался с этой долбанной ярмарки вакансий в отличном настроении.
Ещё бы, ведь сейчас он увидит свою девочку. Свою Анюту. Завтра по плану был ещё один выставочный день, но он на него не был намерен ехать. До Нового года оставались считанные дни, и он мог найти себе занятие получше, чем сиденье в офисе или толкание заумных речей перед аудиторией.
Можно было попробовать уговорить Аню взять отгул или отпроситься после обеда, забрать Леру пораньше из сада и поехать куда-нибудь втроём. Выбирать подарки, например.
