Я тебя ненавижу

Но лучшей я пока не была, у меня есть равные мне по силе и программе конкурентки, я готова была с ними побороться, но не уверена, что без Данилевского у меня что-то получится.

Да, я уставала, да, он меня изматывал, порой казалось, просто издевался, настолько его режим тренировок был жёстким. Помогали массажисты, холодные, почти ледяные ванны и сон.

Критично рассматривая себя в зеркале, замечала, насколько видно под тонкой белой кожей сечение мышц, венки, проступающие над выделяющимися мышцами пресса.

Руки в спокойном состоянии почти походили на обычные девичьи, но стоило напрячь бицепс, создавалось впечатление, что могу участвовать в армреслинге. Ноги тоже не отставали, я была гармонично развита, и перегибов, как порой бывает в моём виде спорта, когда плечи шире бёдер, не было. Таисия Андреевна всегда считала, что такое моё женское строение, с фигурой, подобной песочным часам, выгодно отличает меня от многих других гимнасток. Я нравилась судьям и красиво выходила на таблоидах. После того как в одном популярном спортивном журнале напечатали мою фотографию, на которой меня сняли с распущенными волосами в ореоле бликов солнца, создавших впечатление, что рыжие пряди горят, меня стали называть не иначе как «огненной девочкой»."

"Выступая на чемпионате Европы, я видела плакаты со своим новым прозвищем и пожеланиями побед, слышала бурную реакцию болельщиков во время награждения и получала колоссальный заряд энергии. Боль в мышцах и суставах уже не казалась такой острой, а усталость невыносимой.

Данилевскому тоже нравилось, что я получаю большой отклик у любителей спортивной гимнастики. Я знала, что, если удачно выступлю на России, попаду в сборную на Олимпиаду, то мне могут предложить рекламные контракты и, возможно, даже удастся купить бабушке желанный дом.

Клим держал меня в неведении о своих планах на мой счёт. Когда была возможность в период чемпионата Европы, я сбегала к нему в номер, и мы просто занимались сексом.

У меня не было сил на разговоры, а у него – желания.

Иногда после тяжёлого соревновательного дня, когда я была вымотана и опустошена морально, мне просто хотелось находиться с ним рядом, дышать им, а Клим ни на чём не настаивал. Никогда не спала слаще и крепче, чем в его объятиях.

Я настолько распоясалась, что мне даже было всё равно, что скажет моя соседка по номеру, хотя она, естественно, заметила мои постоянные ночные вылазки.