Я тебя ненавижу

Не хочет быть со мной? Пусть уходит, не держу, не одна, так другая, – так я всегда думал и так к этому относился. Чаще всего, конечно, мой интерес остывал быстрее.

А сейчас я смотрел на Алёну, которая тренировалась в открытом спортивном костюме, открывающем шикарный вид на ноги и её маленькую задницу, понимая, что превратился в помешанного на девушке собственника.

Стоя в тени, я смерил взглядом зал и нашёл того парня, который пялился на неё на парковке. Всё в нём вызывало во мне желание набить ему морду, кулаки так и чесались проехаться по его носу и услышать хруст костей.

Моя интуиция всегда была острой и чёткой, сейчас я видел не просто парня, у которого девушка вызывает интерес, а человека, поставившего перед собой цель, и этой целью была Алёна. Он рассматривал её как мишень в тире, намереваясь попасть в яблочко. Как жаль, что я тогда не устроил ей допрос с пристрастием. Интересно, их что-то связывает?

Понятия не имею, как сам на неё смотрю, к собственному ужасу, скорее, как алтарник на божество.

Алёна, казалось, и не замечала воздыхателей, что пялились на неё. Она была вся в себе, только она и снаряд. Через боль, через слабость повторяла упражнения раз за разом. Я даже издалека видел, что её топ полностью мокрый, а кожа блестит от пота. Но она не совершала ни одного лишнего движения, даже не вытирала влагу, стекающую по вискам.

Завибрировал телефон, сообщая о входящем звонке.

– Да, – резко ответил я.

– Ну и что предлагаешь мне делать в этом Мухосранске? – весело поинтересовался голосок девушки на том конце, не так давно выбравшейся из аналогичного города.

– Меня развлекать. Не нравится идея?

– Что ты, Климчик, – тут я поморщился, услышав такое обращение. Знает же, что терпеть не могу. – Ради тебя я, как жена декабриста, готова даже в Тмутаракань, ты же знаешь.

– Людочка, – подыграл я ей, пародируя елейный тон, – не ради меня, денег ради. Условия ты знаешь, адрес есть. Жду.

– Выезжаю, – уже по-деловому ответила одна из самых дорогих московских эскортниц.

Мила была не простой проституткой, подобно гейшам или куртизанкам, она была образована, умела себя вести в обществе, поддерживать интеллектуальную беседу, такую девушку было не стыдно вывести в свет. Мила, как переходящее знамя, подтверждающая статус папика, становилась содержанкой более богатого спонсора, порой даже без получения её согласия, её просто выкупали как товар.