Я тебя отниму

Мне плевать, что это мой день рождения, мои гости и моя девушка. Была. Просто плевать.

Сел на кафель, подперев подбородок руками и думал.

Были ли отношения с Ангелиной игрой? Нет. Я не играл. Я пытался жить, без неё. Думал, что смогу забыть всё. Ни черта у меня не вышло.

Были ли отношения в принципе с Линой? Да. Только покалеченные изначально. Я это сам не сразу понял даже. Девушка уж очень похожа на Алину. Все заметили. Жалкая пародия. Если бы не схожесть с ней, даже и внимания бы не обратил. Я болен? Ищу во всех её, только вот беда – такая одна на планете, и сколько не ищи похожую, всё они китайские подделки оригинала…

Глупо.

Теперь я это понимаю. Своих душевных я ран я не залечил, а девушку ранил ни за что. Она ведь не виновата, что я влюблён без взаимности и надежды. Она любила меня, как умела, дарила свою ласку, нежность, любовь… А я…просто выкинул её, когда стала не нужна. Я не смогу позволить прикоснуться к себе, снова почувствовав вкус губ Али. Никто мне больше не нужен.

Только она не понимает. И не поймёт.

Это я влюбился как школьник в первый же день едва увидел её. Только не готов был признаться себе в этом. Долго все оправдывал спортивным интересом, спор этот дурацкий выдумал, чтобы выиграть время и пообщаться поближе. При другом раскладе, Вет не дал бы мне подойти близко. Только пронять её всё равно не смог. Она оказалась принципиальная и верная, с высокими моралями – не чета мне. И это подняло её ещё выше в моих глазах. Я думал, таких верных уже просто нет на Земле. Есть, но они не для меня…

Мне нужно её забыть.

Нужно. Я устал так жить. Устал постоянно натыкаться на стенку. Всё никак не могу принять тот факт, что не нужен ей. Так оно и есть. Лишь порчу им отношения, а сам при этом ничего не выигрываю, травлю себя тоже, обижаю девушек, которые хотят отношений со мной.

Я больше не стану искать с ней встреч. Потом слишком больно. Это давно не игра, и игрой никогда не было. Ангелина права, чёрт возьми – я люблю её. Очень люблю. Только ей моя любовь никогда не была нужна…

***

Спустя три дня.

Алла.

Приехала после работы к сыну. Что происходит с ним, никак не пойму. Молчит, как партизан. Лежит, отвернувшись к стене. На работу не ходит, открыл больничный лист. Лицо всё разбито. Не ест ничего. Сготовила еще позавчера – притронулся только к супу, и то совсем немного.

– Ты опять не ел, Вадим, – присела на кровать рядом с ним.

Снова молчит. Как мне больно на это смотреть, но я не могу ничего из него вытянуть. Очевидно, что всё из-за девушки.