Я тебя отвоюю

Каким бы хорошим ребенком, сестрой, невестой я не была, выходить замуж, когда уверена — не люблю — не стану.

— Я понимаю тебя, Даш. Честно, понимаю. Ты не думай, что позвала тебя уговаривать, скорее предостеречь…

— От чего?

— От Дины.

Дашин план опять потерпел крах. Оказалось, Лилю не нужно выводить на этот разговор. Она сама… Все сама.

— В смысле?

— Она очень бесилась, когда Стас съехал. Приходила требовать его новый адрес. Она вообще неадекватно реагирует на его решение, хотя, положа руку на сердце, сама ведь во всем виновата.

— Она же не любит его… Артём говорил мне, что…

— Не знаю, Даш. Я ее не понимаю. Вбила себе в голову, что не даст развод. Цепляется за него, будто клещ… Не считает, что его действия закономерны. Она странный человек…

— Но вы же… Дружите… Нет разве? — Даша слушала Лилю и понимала, что паззл не складывается.

— Мы? — Лиля же искренне удивилась вопросу. Несколько секунд смотрела, не понимая, шутит Даша или серьезно спрашивает, потом же фыркнула.

— Нет, конечно.

Мы общались, как жены друзей. Но я не считаю, что у нас есть что-то общее, кроме этого… А теперь и этого нет. Она довольно неприятный человек. Склочница, сплетница, чсвшница. Я не знаю, что Стас в ней нашел. Искренне не знаю. И даже рада, что они разводятся, если можно так говорить вообще.

— Нельзя, наверное, но… Я тоже рада.

Даша грустно улыбнулась своим же словам, Лиля опять ее поддержала — отвечая такой же улыбкой.

— И если у вас получится, я тоже буду рада, Даш… Если это то, чего вы хотите… Я желаю вам счастья.

Только… Вы и без меня понимаете, наверное, как это все не вовремя.

— Понимаем. Но, боюсь, «вовремя» для нас просто не существует. В шестнадцать мне слишком рано, в семнадцать он женится, в тридцать разводится… А у меня сердце кровью обливается. Я устала в очереди стоять. Я его хочу. Он хочет меня. А Дина… Она просрала свой шанс. Не собираюсь испытывать к ней хоть какую-то жалость.

Даша говорила для кого-то ужасные вещи, наверное.

Но сама от этих слов не отказалась бы. И в лицо Дине тоже повторила бы, представься такой шанс. Это не Даша отвоевала у Дины Стаса Волошина. Это Дина выжгла все чувство, которое жило в его сердце. А оно ведь жило — долго. Сначала горя пожаром, а потом еле тлея, но жило ведь…

— Ты и не должна, Даш, но будь готова к тому, что она будет давить. Когда узнает, что вы… Когда узнает про тебя — будет давить. Она и сейчас давит на него, но тогда ей станет легче.