Я тебя отвоюю

Решение же, оказывается, лежало на поверхности. Мать не отказалась прийти в гости. И даже не обиделась, что он не предупредил Дашу. Понимала — так Красновская извелась бы в ожидании «генеральной инспекции», а без предупреждения получилось очень даже неплохо.

Стас привычно не спрашивал у матери, что думает насчет сложившейся ситуации, но по тому, какой довольной была Вера, понял — тандем сложился.

Судя по Даше тоже. И теперь опасно лишь то, что сложиться он мог слишком хорошо.

— Стас… Нас волнует твое упрямство, и мы решили…"

"Уже ночью, когда свет в спальне был потушен, и неплохо бы поспать, Даша все не унималась. Устроилась сверху, уперлась руками в его грудь (будто это могло его сдержать, реши он «сбросить власть»), начала тираду серьезным, твердым голосом.

Благо, не уловила, что его губы дрогнули в улыбке — и из-за этого многозначительного «нас волнует», и от тона.

— Что вы решили? — он накрыл ладонями голые коленки, поглаживая кожу, пробежался по бедрам, сжал ягодицы. Снова усмехнулся, когда Даша убрала руки с его груди, попыталась отцепить пальцы от мест, не больно-то вяжущихся с серьезными беседами. Не получилось.

— Ты должен пройти полное обследование. Бессонница, нервы, головные боли, ты куришь, как паровоз…

— Это все пройдет, когда я решу свои проблемы.

— Нас этот ответ не устраивает.

— Дашка… Ты видишь в моей спине топор? — с каждым ее новым серьезным словом настроение Стаса становилось все более игривым. Ему не хотелось обсуждать то, что настойчиво предлагала Дарья, поэтому он попытался свести все к шутке.

— Нет, — она же наконец-то отлипла от его рук, которые никому вроде бы не мешали — просто гладили попу, проводя излюбленную терапию, которую ни один врач не пропишет, сложила их на груди, глянула угрюмо.

— Ну вот. Значит, я здоров. Если не смогу спать на спине, начнут рваться пиджаки, почувствую дискомфорт между лопаток — обязательно схожу к врачу…

Стас сказал, сохраняя серьезность. Даша несколько секунд просто смотрела на него, а потом не выдержала — ткнула больно в грудь, испытывая удовольствия от того, что смех Волошина чуть разбавляется шипением. И поделом.