Я тебя поймаю

И даже консультируется с кем-то из бывших коллег и Интерпола. Но все без толку. Замерзнув, мы обычно заходим в какой-нибудь ресторанчик погреться. И там, пока ждем свой заказ, созваниваемся с близкими. Ни в коем случае не желая выдавать наше временное прибежище. День сменяется другим, но ничего не происходит. Обязательное ношение масок и капюшон превращают нас в невидимок. Пара песчинок в людском море. Мы живем как на необитаемом острове. Общаемся только друг с другом и сторонимся других людей. Занимаемся любовью и просто валяемся в широком джакузи, стоящем прямо около окна.

Только иногда мне кажется, что все скоро закончится. Не будет никакой свадьбы. Да и сам Всеволод Юрьевич Гаранин отчалит к другому берегу. Одним словом, я жду подставы. Боюсь того дня, когда рванет, и наступит мой личный армагеддон. Но точно знаю, что он не за горами.

— Ты почему загрустила, Таечка? — спрашивает меня Сева, как только мы входим в небольшой уютный ресторан. — Какие мысли бродят в моей любимой рыжей головке? — спрашивает он, дергая меня за прядку волос.

— Она у тебя не рыжая, — фыркаю я.

— Пошлячка, — весело бросает он и тянется с поцелуем. Но даже не успевает накрыть мои губы своими, как откуда-то сбоку слышится знакомый писклявый голос.

— Сева? Таис?

Подпрыгиваю на месте. Нервно выглядываю из-за широкой спины Севы. И замираю в изумлении.

Здрасте, пожалуйста! Моль бледная. Одна штука.

Вернее, не одна, а с каким-то таким же бледным и чахлым кавалером.

— Добрый день, Кристин, — учтиво здоровается Сева.

— Мы путешествуем с Адамом по миру, — заявляет противная девица. И мне хочется прямо сейчас посреди пафосного ресторана вцепиться ей в белесую паклю, которую она так старательно укладывает в подобие прически. Грейс Келли, блин!

— А мы гуляем по Москве, — улыбается Сева, притягивая меня к себе.

— У вас отношения? — спрашивает Крыстына.

— Да вот, — Сева чешет башку, словно в замешательстве. — Решили пожениться.

— Тебя не привлекут за растление малолетних? — ехидно хихикает она.

— А вас не привлекут к ответственности за жестокое обращение с животными? — заявляю я неприязненно.

— Ты имеешь в виду бедного Савву? — светски улыбается она.

— А вы еще кого-то выкинули на помойку? — вскидываюсь я, вспоминая, как Сева привез мне бедного котика, выброшенного этой лахудрой.

Кристин меняется в лице, но очень быстро берет себя в руки.

— Ах, Таис, — восклицает слащаво.