Я тебя прощаю. Чужая любовь

– Поцелуй меня, – я попросила.

Так глупо, но просьба далась с трудом. Мой голос звучал неуверенно и тихо, лицо горело от волнения, и я испытывала трепетное предвкушение, словно это был наш первый и такой долгожданный поцелуй.

Эрил не торопился, удерживал крепко в ладонях мое лицо, будто боялся, что я захотела бы увернуться.

Глупый.

Шершавые подушечки пальцев не прекращали свое движения, изучали каждую черточку, одержимо и ревностно.

Мужчина склонился, казалось, он боялся переступить невидимую черту, после которой уже не будет возврата.

Я ощущала его дрожь всем телом, что передавалась и мне.

Горячее дыхание щекотало кожу лица и шеи.

Еще секунда, и я задохнусь от ожидания и нахлынувших эмоций. Но твердые губы сжалились, коснулись моих, слегка, пробуя, отстранились, и со вторым прикосновением более напористым и откровенным из мужской груди вырвался хриплый стон. Стон возбуждающий, провоцирующий, расползающийся по телу электрическими разрядами, оголяющий каждый нерв.

– Я люблю тебя, – мое признание вплелось между поцелуями и осталось без ответа, потерялось в шумных вздохах и рваных выдохах.

Впервые моя голова кружилась от поцелуев, я готова была поклясться, что схожу с ума. Ведь ненормально целовать мужчину и понимать, что не приходит насыщение или усталость, и с последующим прикосновением желание разгоралось все с новой силой, готовое испепелить дотла.

Мне больше не требовался кислород, была лишь потребность в чувственных прикосновениях губ, в крепком мужском теле, ласках сильных рук, доводящих до исступления.

Подрагивающими пальцами я провела по мужским бокам, потянула за полы рубашки, выправляя ее из брюк, но Эрил остановил меня, крепко сжав пальцы до легкой боли.

– Что?.. – я хотела сказать больше, но язык меня не слушался, как и тело. Оно ластилось к мужчине, сокращало и без того ничтожное расстояние между нами. – Ты… ты мне нужен, – выговорила я дрожащими губами, и Эрил больше не медлил.

Его страсть на грани с яростью захлестнула нас.

Болезненные поцелуи плавили мое тело и разум, не оставляя ни малейшего шанса перехватить инициативу. Я отдавалась своему мужчине без остатка и насыщалась его любовью и нежностью, страстью и похотью.