Я тебя прощаю. Чужая любовь

– Ты права, – ответила я.

Да, ребенок будет неожиданностью, но точно не обузой.  Разве частичка тебя самого и любимого человека может стать препятствием для будущего? Глупость.

Я вернулась в отведенную нам комнату и, не теряя времени, вскрыла первую картонную упаковку. Хотелось немедленно узнать результат.

Выполнив все точно по инструкции, отложив тест на край раковины, я вернулась в спальню и принялась готовиться ко сну. Я не могла просто так стоять и смотреть на узкую полосочку в ожидании ответа. А страх все глубже и глубже пробирался мне в душу, как бы я ни пыталась отогнать его здравыми мыслями.

Ведь ребенок для оборотня – это смысл жизни, как и его пара. То, ради чего они готовы не только жить столетиями в ожидании, но и умереть без раздумий – мне вспомнились слова Мии. Именно она мне помогала понять Эрила, как и других волков. Преданные, сильные, верные… не все, даже среди оборотней встречались те, кого хотелось обойти стороной.

«Адам…» – подсказало мне сознание."

"И почему я опять вспомнила об Адаме? О чем бы я ни думала, обязательно, длинным или коротким путем размышлений, приходила к старшему брату супруга.

Даже сейчас, в момент, когда совершенно неуместно упоминать о другом мужчине, я опять воскресила образ: осунувшийся, небрежный, с двухнедельной небритостью на лице, и взгляд, что невозможно прочесть. Таким я видела старшего Лесмана последний раз.

– Уйди, – прошептала я и отмахнулась рукой.

Взглянув на часы, я решительно зашла в ванную и склонилась над раковиной.

Рваный выдох сорвался с моих губ – Полина оказалась права.

– Как же так?.. – Я посмотрела на себя в зеркало, ополоснула раскрасневшееся лицо холодной водой, отчего меня бросило в еще большую дрожь, и вновь опустила взгляд.

Я ношу ребенка… Пристально смотрела на свой плоский живот. Неужели уже сейчас во мне крохотная новая жизнь? Волчонок? По щекам сами собой потекли слезы, и я долго не могла унять их. Все же страх оказался сильней. Я не понимала, что мне делать дальше.

Слишком быстро – вот что пульсировало в моей голове.

***

Эрил вернулся поздно ночью. Он тихо вошел в отведенную нам комнату и сразу направился в душ. Не знаю, понял ли он, что я не сплю.

– Мы понравились Лотковым. – Я вздрогнула, услышав мужской голос. Все же усталость сморила меня, и я провалилась в сон. Звуки льющейся воды больше не убаюкивали, а спальня наполнилась ароматом мужского геля для душа.

– Ты так думаешь? – спросила я, откашлявшись. В горле пересохло.