Просто в этот момент чернокнижник меня разозлил, и гораздо сильнее, чем его собственный брат. Захотелось ему досадить. Доказать. А вышло… Демоны меня побери!
Злость начала сходить на нет. Я попыталась щелкнуть пальцами, мысленно направляя энергию в сторону рогов, искренне, от души желая, чтобы они исчезли. Вместе с Ларсом, Рейстлином и прочей пакостью из моей жизни. Вот только рога на мгновение сверкнули зеленым светом, словно насмехаясь надо мной.
– Не выходит, – покачала головой я и, к собственному изумлению, услышала в голосе жалобные нотки.
Мысленно дала себе подзатыльник и, добавив в голос уверенности, заметила. – Зато с почками у него все будет нормально. И с головой. Не зря же нефрит в медицине применяют."
"Бабушка глухо простонала в ответ на мою реплику, а чернокнижник, кажется, зарычал. Во всяком случае, звук, который он издал, просто не мог принадлежать нормальному и уравновешенному магу. Он шагнул в мою сторону, а я слегка попятилась, даже не думая о том, что это больше напоминает бегство.
Мне почему-то действительно стало страшно, маг, казалось, вообще не отвечал за свои действия. Я говорила, что он сухарь? Окститесь! Сейчас в нем столько эмоций, что он способен меня сжечь всего одним взглядом. Хорошо еще, что не обладал такой способностью, иначе осталась бы от меня лишь горстка пепла, да любимая метелочка на память.
Но что-то вдруг заставило его остановить. Щелкнув пальцами, он телепортировал куда-то Ларса, а потом вновь посмотрел на меня:
– В твоих интересах решить этот вопрос как можно скорее, ведьмочка, – после этих слов он посмотрел на бабулю.
– Надеюсь на ваше благоразумие, леди Мелисандра, – и исчез сам.
Тьма, во что я все-таки вляпалась!
Глава 11
Я уже бросала в котел янтарную крошку, когда стук в дверь заставил меня вздрогнуть. На пороге лаборатории появилась Амелия.
– Можно? – тихо спросила она и, не дожидаясь ответа, зашла в помещение.
– Мел? – удивилась я. – Я думала, ты уже вернулась в Академию. Выходные-то закончились.
– Но ты-то тоже еще здесь, – резонно возразила сестра и, подтянувшись, уселась прямо на стол, чтобы оказаться возле меня и котла.
Была у нее такая привычка, за которую нещадно ругали и мама, и бабушка. Но Амелии хоть бы что. Еще с ранних лет она точно знала, что делает, как и почему. А уж если кому-то мстила, то не так как я – на пике эмоций, нет, ее месть была хладнокровной и обдуманной. Магесса, одним словом. Иногда я даже жалею, что мы не родились с обратными силами.
