– Тебе ответить или пожалеть твое самолюбие, Кассандра? – не смутился чернокнижник. И долго мы бы, наверное, пикировались, если бы в разговор не влез «объект»:"
"– Рейстлин, прости, но как ты разговариваешь с беззащитной девушкой! – и тут же осекся, то ли вспомнив, что «девушка» отнюдь не беззащитна, то ли устыдившись, что поучает брата. Маг в ответ лишь улыбнулся, но так насмешливо, что Ларс опустил глаза.
– Ну раз она беззащитна, готовься выпить зелье. И все-таки, Кассандра?
– Бабушка принимала активное участие в приготовлении, – сухо ответила я.
Окинув мага пренебрежительным взглядом, я ехидно поинтересовалась. – Достаточно веский для вас аргумент?
– Вполне, – маг скрестил руки на груди. Под столь пристальным вниманием я протянула Ларсу флакончик и нахмурилась, заметив, что пальцы слегка подрагивают. Вот что за дела, а? Ведьма я или кто?
Аларис с некой опаской покосился на флакон, потом открыл его, вздохнул и, резко перевернув, залпом выпил. В первую же минуту ничего не произошло.
– И где же ваш хваленый эффект? – продолжал издеваться чернокнижник.
– Может, мы все-таки сначала подождем? – разозлилась я. Получила еще один насмешливый кивок. Прошло пару минут, а затем...
Рога Ларса засветились. Сначала пронзительным зеленым цветом, потом черным, затем розовым. Потом сияние угасло, они стали обычными, козлиными, без малейших примесей каменной крошки.
– Считаете, что это решило проблему?
– Конечно, – не сдержавшись, бросила я. – Теперь у вас брат не драгоценный козел, а просто козел.
А если серьезно. Вам ли с вашим научным опытом не знать, что минеральные составляющие исчезли, значит, и катализаторы стабилизации тоже?
– Но рога продолжают торчать из головы моего брата, – резонно возразил Рейстлин.
– Вы что, совсем ждать не умеете? – буркнула я. Обсуждаемая сторона тем временем молчала, переводя растерянный взгляд с меня на брата, а затем обратно. И вдруг Ларс выдал:
– Ой, у меня что-то в голове ломит.
А в следующее мгновение козлиные рожки начали уменьшаться, врастая вновь в голову.
Я едва сдержалась, чтобы не издать победный вопль. Тьма, у меня получилось! Наконец-то мне перестанут капать на мозги!
У Ларса на лице появилось странное выражение. Еще не в полной мере веря происходящему, он поднес ладони к голове и ощупал собственную шевелюру. И, разумеется, ничего не обнаружил, кроме волос.
– Неужели получилось? – восторженно завопил он, глядя на меня с благоговением. И не замечая, как при этом перекашивается наши лица.
