Заменить их на другие: безрассудные, горячие, что будут заставлять краснеть, а в будущем, возможно, сожалеть. Но не сейчас. Не в данную минуту.
Помоги ощутить себя живой. Неидеальной. Грешной. Заглуши мою боль!
Мне не хватает смелости произнести: «Уведи меня!» Слова задерживаются в горле, разливаясь жаром по шее и щекам. Мы продолжаем стоять в окружении танцующих, наши тела соприкасаются настолько плотно, насколько это возможно, а ладонь незнакомца не отпускает, твердо удерживая подбородок. Подушечка большого пальца скользит по коже лица, оставляя горячий след, очерчивает нижнюю губу…
Ну же, Аля, сделай шаг, переступи невидимую черту, произнеси: «Поцелуй!» Узнай, каковы поцелуи другого мужчины.
Действительно ли это не просто соприкосновения мужских и женских губ, а пожирающая разум потребность ощутить вкус и жар чужого дыхания? Действительно ли они такие, как ты себе представляешь: продолжительные, не позволяющие отстраниться до катастрофической нехватки кислорода, до дрожи в теле, до легкого головокружения?
– Что-то хочешь сказать? – вибрация мужского голоса проникает под кожу афродизиаком, обостряя чувствительность до предела.
Вместо неуклюжих слов я тянусь к незнакомцу, цепляясь непослушными пальцами за ткань его футболки, привстаю на носочки и позволяю себе второе безрассудство за вечер: прикасаюсь своими губами к его.
– Еще, – требует парень, отпуская мой подбородок и накрывая широкой ладонью затылок, намекая, что не позволит отказать. – Еще! – повторяет.
Хрипотца в его голосе подталкивает подразнить, скользнуть языком по мужским губам. Твердым, горячим, с привкусом вишни и сигарет.
– Смелее, – шепчет, дерзко врываясь в мой рот, сплетая языки, демонстрируя, что ему нужно.
Поцелуи незнакомца такие же, как и он сам: провоцирующие, пылкие, безумные. Я не слышу своих мыслей, не слышу играющей музыки, смеха, криков, подбадривающего улюлюканья и пошлых освистываний.
Вешу безвольно в объятиях, кончиками пальцев ног едва касаясь песка, но и это ощущение быстро пропадает.
Удерживая меня в объятиях, парень обхватывает моими ногами свои торс.
Несколько его широких шагов, и мы покидаем место вечеринки, незнакомец уверенно прокладывает дорогу в сгущающейся темноте. Я не вижу выражения его лица, лишь изредка ловя желтоватые всполохи в глазах, но слышу свое и его сбивчивое дыхание. Впитываю неестественный жар, доводя себя до предела фантазиями.
Наконец, он останавливается.
