Мне хочется сказать, что в этом по большей степени заслуга Демьяна, но конечно я этого не делаю. Только ловлю на себе понимающий взгляд брата.
— Ну молодец. В следующий раз, когда будем в столице, заглянем к тебе.
— Буду рад вам.
— Можем и помолвку там устроить. Мариам, ты когда собиралась в Москву?
— Вообще перед началом учебного года, — отвечаю прокашлявшись.
— Ты все еще планируешь доучиваться?
Вопрос отца Нарека застает меня врасплох. Поворачиваюсь к нему лицом и встречаю недоумение.
— Да. А почему я не должна доучиться?
За столом воцаряется молчание.
— Мы беседовали с родителями, — привлекает мое внимание теперь уже сам Нарек, — и подумали, раз мы поженимся, то тебе не нужно будет возвращаться в университет. Останешься здесь. Моя фирма тоже в городе. Не будем же мы с тобой жить в разных местах.
Глава 51
Хмурюсь, опуская взгляд в идеально белую скатерть. Новость кажется сокрушительной.
— Я не думала о том, как мы будем жить, — произношу вслух, — мне еще осталось два года. Я не могу бросить обучение.
— Мариам, девочка, — тетя Кристина привлекает к себе внимание учтивым тоном, — не беспокойся. Нарек прав. Негоже семейной паре жить порознь. У него прекрасная должность, вы ни в чем не будете нуждаться. Можешь не переживать. Спокойно займешься обустройством быта.
— Но я собиралась еще работать, — все еще не веря в то, что мы обсуждаем подобную тему, пытаюсь объяснить свою позицию.
— Мариам, давай посмотрим правде в глаза, — снова подключается дядя Вардан, — работать юристом девушке — занятие не из лучших.
Это сколько нервов, опасных знакомств с людьми, от которых нужно держаться подальше. Защищать не всегда придется невиновных. Ты ведь понимаешь?
— Я не хочу, чтобы рядом с моей женой все время находились опасные личности. Поэтому думаю, мы все же пересмотрим твой возврат к учебе, — довольно уверенно ставит точку Нарек, а потом увидев, вероятно, неприкрытый протест на моем лице, снисходительно добавляет, — Ну, или переведешься сюда, если так хочется доучиться.
Нет, не хочется! Уверенность, с которой они обсуждали мою личную жизнь поражает. Никто даже не подумал о моих друзьях там, о университетской жизни.
Меня оглушает. Парализует. Кровь останавливается в венах, как во время обморожения. Я смотрю на единственного человека, который всю жизнь стоял на моей стороне, и вижу в его глазах поддержку. Но на этот раз не меня.
— Пап? — произношу одними губами.
Отец только пожимает плечами.
— У тебя будет муж, Мариам.
