Я тебя вылечу

Зотова наклоняется, водит по ее лицу пальцами.

Ошарашенно выпрямляется, вглядываясь в лицо матери.

- А Вы косметолог?

- Допустим.

- Сами себе лицо колете?

- Что?! Какое Ваше дело? Ребенком занимайтесь!

- Ты хотела избавиться от них, да? - ведёт пальцами по лбу девочке. - И от выраженных носогубных. Вот сюда вколола, в бровь, чтобы никто не увидел, да? И сюда - под крыло носа.

Поворачивается ко мне.

- Девочка, видимо, стащила у мамы ботулотоксин. Не рассчитала дозировку. Хронический герпес частично разрушил оболочку нервной ткани.

Кр-р-расавица моя! - с гордостью смотрю на неё. - Умница!

- Колола? - строго смотрю на девчонку.

- Да... - ревёт она ещё сильнее.

Мать в шоке закрывает рукой рот.

- И что теперь делать? Нам помогут?

- К неврологу. Зотова - пять с плюсом.

Кручу пальцем в воздухе, прося всех удалиться.

Остаёмся вдвоем с Ульяной.

- Вот видишь... А ты говоришь - никакая.

Моя прелесть!

Не дожидаясь ответа, догоняю Зотову в лифте.

Двери закрываются.

Дёргаю за талию к себе, жадно впиваясь в губы. Пискнув, хватается за мои плечи.

Отстраняюсь, заглядывая в глаза.

- Умница-красавица... - разворачиваю за плечи, давлю в спину, выталкивая из лифта.

Сам уезжаю обратно вверх.

Всего каких-то пять секунд! А я заряжен под завязку. Батарейка...

Глава 29 - Предвкушение

Тихо открыв дверь, слушаю женский хохот, собачий лай, что-то гремит на кухне.

В гостиной - бардак. С рояля снят чехол, на полу шкура из библиотеки, рядом высокая лампа, диван сдвинут с места, и напольная ваза, что-то ещё раскидано... Диванные подушки на полу...

На кухне Лера смеётся... и в солнечном сплетении неожиданно развязывается тугой болезненный узел, который завязался уже довольно давно. Он соткан из чувства вины. Когда ты бы и хотел дать ребенку что-то ""съедобное"" для него, но совершенно не заточен под это. А те формы любви, которые ты можешь дать, ""несъедобны"" для твоего ребенка.

И черт с ним с бардаком. Пусть...

Тихо прохожу, ложусь на диван. Без подушек он широкий... Пялюсь на большую люстру, слушая их голоса. Губы растягиваются в ухмылке, а может даже в улыбке.

- Граф! Граф! Нет! Стоп! Фу!

Грохот...

Смех Леры.

Закрываю глаза. Расслабляет...

Сквозь сон чувствую, как в руку тыкается влажный нос Графа. Шушуканье девочек. Шорохи. Свет больше не режет сквозь веки. Звук катящегося кресла Леры.