Я тебя забираю

 — Она же не может быть твоей парой, — скривился от предположения. — Или может? — склонился и принюхался. — Нет, не пара, но ты нервничаешь, волк, при каждом упоминании об истинной.

— Да хватит уже говорить одно и тоже, — разозлился Адам. — Я предлагаю тебе сделку, демон!

— Ты предлагаешь, а я не обязан на нее соглашаться. В чем моя выгода? Ее нет. Ну раз не хочешь даже рассказывать…, — демон расправил крылья.

— Стой! Стой! Я не смогу без Маши, она помогает мне, — мужчина говорил сдавленно. Он бросил мимолетный взгляд за спину, не просто осмотрелся, а его целью были темные окна определенно дома.

Принц Преисподней проследил за взглядом, шагнул по направлению к коттеджу, не выпуская ведьму из захвата:

— Кто там живет? — Адам молчал. — Не хочешь говорить… покажи, — поманил пальцем. — Не трону, волк, лишь загляну в душу, — произнес потусторонним голосом, наслаждаясь страхом.

Надменная улыбка исчезла с лица демона, едва он коснулся воспоминаний оборотня.

Боль. Всюду была боль. Она полностью поглотила разум Балаама.

Сцены прошлого замелькали перед взором: одна за другой, они демонстрировали девушку. Невысокую, темноволосую, с чуть заостренными чертами лица и приятной улыбкой. Но Адама не было рядом с ней — с ней был другой.

— Брат? — только и спросил демон, отмечая идентичную внешность. Различием между мужчинами служили отпечатки их душ.

— Да.

“Ад при жизни, — Балаам оставил мысль неозвученной. — Ежедневно видеть свою истинную с другим, ежесекундно сожалеть о том, что в какой-то момент она выбрала другого”.

Брюнетка держала на руках младенца, крохотного, но крепкого. Тот сучил ручками и ножками, улыбался, а девушка с безграничной любовью, которой может любить только мать, улыбалась в ответ.

— Жестокие забавы богов, — прошептал Балаам."

"Он вновь погрузился в воспоминания, копнул чуть глубже. Утрата. Черная тоска. Теперь он видел ведьму, вливающую в подрагивающие губы оборотня, какое-то варево. И снова боль. Физическая, невыносимая, что скручивала тело Адама — он сдерживал зверя, не давал ему взять верх над человеческим разумом.

— Ты сам отказался от нее, — произнес принц ошеломленно, отгоняя чужие воспоминания. — Почему?

— Так, — каждое слово оборотню давалось с трудом, — было нужно.

— Сколько ты выдержишь без помощи, волк?

— День, — выкрикнула ведьма. — Он продержится день.