Я тебя забираю

Решу в ближайшее время, — глазницы демона все больше полыхали Адским пламенем. — Вы препятствуете принцу Преисподней, оборотни, — произнес с угрозой. — А столь редкого дара, как истинная пара, я не позволю себя лишить никому, — в комнате воздух становился горячее и гуще.

Ксюша хотела посмотреть в глаза отца, поймать в них осознание того, как он ошибался, знать, что он сожалеет, что просит прощения за грубые фразы и глупые запреты, но размашистые крылья Балаама скрывали ее семью.

И в этот самый момент, единственным правильным решением в голове юной волчицы было бежать.

Бежать как можно быстрее, как можно дальше. Вырваться из липкой паутины обстоятельств.

Она сорвалась с места, преодолела лестницу ведущую на улицу. Словно яростно пущенная стрела летела по садовой дорожке и ворвалась в сосновый бор в облике белоснежного зверя.

В нечеловеческом облике потребность свободы возросла в несколько раз. Воля требовалась больше, чем воздух, которым дышат, или больше, чем пища, что насыщает организм. Требовалась больше всего на свете…

С порывами ветра слуха достигали волчье рычание и человеческие крики, из всеобщего гама Ксюша выхватила умоляющие просьбы мамы и жалобно заскулила, не прекращая бег.

“Она простит, она поймет”, — твердила волчица человеку.

— Ксения! — Балаам будто знал о ее следующем маневре, появляясь на несколько шагов впереди. — Ксения, — звал то гневно, то с болью в голосе, то прося. Не отставал, не давал даже видимости свободы, еще больше зля избранницу. — Не глупи! — выкрикнул, предугадывая задуманное.

Но волчицу было не остановить — она свернула на грохочущий звук воды, вкладывая последние силы достигла обрыва и прыгнула навстречу ледяной темноте.

— Неразумная девчонка, — прорычал Балаам, обхватывая волчицу в момент падения и не давая погрузиться в воду. — Я забираю тебя, — сообщил твердо, окутывая мраком.

Глава 11 Достань мне смертельный яд

— Отпусти меня, — первое, что гневно выкрикнула Ксюша, обретая человеческую форму. — Отпусти, — билась в стальных объятиях демона, упираясь ладонями в горячую грудь.

 — Отпусти! — зарычала, вскинув голову и встретившись взглядом. Балаам ослабил хватку — отступил, а волчица передернула плечами и отбежала, зло сощурив глаза. — Тебя я тоже ненавижу, — сообщила, глядя в алые провалы.

— С этим я справлюсь, — он сложил крылья, раздраженно тряхнув головой.

— Отвернись, — фыркнула, прикрывая обнаженную грудь и поворачиваясь к демону спиной, заозиралась в поисках чего-либо, скрыть свою наготу.