При этом я продолжала ловить на себе его голодные прямые взгляды. Думала, что надолго его самоконтроля не хватит. Хочет ведь. Хочет меня, трахает в своих фантазиях, не сомневаюсь даже.
Как именно это делает — одному богу известно, но вряд ли все это время он копит нежность. Мне одновременно страшно и до жути не терпится ощутить на себе его мощь.
Злится. Сейчас едем в машине, на светофоре торможу и смотрю на него — хмурится, о чем-то думает. Задолбали его, но выход придумает. Всегда придумывал. Просто устал, так бывает, даже уважаемый суд может заколебаться, когда долго копится.
— Что теперь будет с этой Ольгой? — спрашиваю небрежно.
Хочу съязвить и добавить: «с твоей Олькой», как он сам ее называл не единожды, но решаю, что не стоит дергать тигра за усы. Он сидит в моей машине, можно сказать, доверяет мне свою жизнь. Буду милой.
— Как жаль, что похрен, — отвечает флегматично.
Не сразу понимаю смысл предложения, а потом до меня доходит, что это ирония, и мне становится смешно! В общем-то слух уже пошел, что девица подставила босса.
Вряд ли работодатели выстроятся в очередь за таким помощником. Сомневаюсь, что ей заплатили много, слишком мелкая рыбешка.
Но как же хорошо, что я во всем разобралась! А ведь ни о чем не догадывалась вплоть до прошлой субботы. Сама была загружена — новое направление, много информации. В сплетни не вслушивалась. Совершенно случайно выяснила, что дела по земле сейчас тормозятся, потому что Богданов остался один.
Как такое возможно? Что за бред?
Подозреваю, либо надавили на председателя, либо подкупили помощника и секретаря.
Либо все вместе. Земля на юге — святое, у Кирилла всегда нагрузка колоссальная.
Аж похолодело! Стало понятно, почему он не писал и не звонил. Он вообще спал за это время хотя бы по четыре часа в сутки? Давно заметила, что все его действия и поступки — обоснованны. Даже выходящая рано утром из его дома девица — вовсе не повод для ссоры.
Упрямый, принципиальный. Не отступится же. Чтобы выжить с должности такого — нужно очень постараться.
Вот они и стараются. Гады.
Глава 41
Впереди парковка у арбитража, мы приехали.
— Кирилл… — я планировала начать этот разговор издалека, но внезапно перехожу сразу к сути. Долгие вступления не для него. — В последние дни меня одолела бессонница. Я много думала, анализировала обрывки разговоров из прошлого. Сначала мне казалось, что я ничего не знаю и не помню. Так злилась! А потом, спустя время… — тянусь на заднее сиденье за папкой и вручаю ему.
